Без царя в голове

А оказавшись в нем, быстро перебежала на заднюю часть дворов, добралась до забора сгоревшего дома и решила просто перемахнуть через него, тем более что он был не таким уж и высоким.

Без труда взгромоздившись на забор, я глянула вниз, внутрь двора, и похолодела: в нем чуть не в мой рост произрастала густющая крапива. Пришлось прыгнуть наобум.

Приземлилась я, в общем-то, успешно, не считая того, что больно обожгла руки о стебли крапивы. Но потом я просто спрятала руки в рукава и таким образом стала раздвигать противные зеленые растения, стеной стоявшие на пути. Вскоре показались обгоревшие стены, и я, обрадовавшись, направилась к ним.

Двери в доме не было, поэтому попасть внутрь не составило особого труда. Я вытащила на всякий случай псевдопистолет и, выставив его вперед, прошла в дом. Внутри было тихо.

Осторожно ступая по заваленному обломками досок и пеплом полу, я стала продвигаться дальше, заглядывая во все попадающиеся на пути комнаты. Где-то наверху скрипнуло, что заставило меня поднять голову. Прямо надо мной сквозь щели в потолке просматривались подошвы кроссовок. Я резко отскочила к стене, боясь, что их владелец решит глянуть вниз и сквозь те же щели сразу увидит меня.

«Значит, Тимошин все-таки здесь, как я и предполагала. И он меня еще не заметил. Отличненько… — я слегка улыбнулась самой себе и похвалила свою интуицию. Но затем вновь задумалась: — Как же его оттуда выманить?»

Наверху вновь раздалось поскрипывание — наблюдатель явно устал от безделья.

Я колебалась, что предпринять дальше? И в этот момент все решилось само собой — Тимошин почему-то стал спускаться вниз. Я перебежала за соседнюю стену и приготовилась напасть.

Рецидивист не спеша спустился по внутренней лестнице, пнул попавшуюся под ноги доску и повернулся в сторону двери. Но выходить не стал, а принялся чем-то шуршать. Я не сразу поняла, что он делает, а потом сообразила — мужик попросту справляет нужду.

Меня едва не затрясло от смеха, когда я представила себе, как будет выглядеть его физиономия, если я выйду из своего укрытия. Решив все же дать Тимошину время на отправление естественных надобностей, я стояла в стороне и выжидала. Но едва зад Тимошина начал подергиваться, что указывало на окончание процесса, я одним махом оказалась у него за спиной. И, сразу же приставив к его виску пистолет, спокойно произнесла:

— Ну, здравствуй, голубь сизокрылый. Что ж ты письмецо-то мое лично не доставил? Нехорошо получилось.

На первые несколько мгновений Тимошин застыл с открытым ртом, не успев даже как следует заправиться. Но потом, наверное, понял, что к чему, и немного осмелел:

— А ты, я смотрю, шустрая, — бросил он мне через плечо и стал застегивать штаны. — Как нашла-то меня, сучка?

— А вот это не твоего ума дело.