Без брака

– Здравствуй, деточка. Как твои дела?

– Спасибо, все хорошо. А как вы себя чувствуете?

– Скриплю помаленьку. Моложе и здоровее я уже не буду, но пока все неплохо. Вот, до летнего солнышка дожила, так что уже полегче. Когда цветы цветут и все лето впереди, даже дышится легче, не то что в промозглом и сером ноябре. Летом болеть совсем не хочется.

– Болеть никогда не хочется, Анна Матвеевна, – улыбнулась Сашка. – Да и не надо. Давайте я с вами посижу.

– Да зачем же со мной сидеть? Скучно тебе будет. Сходи лучше с Фомой погуляй, до речки дойдите. Купаться еще рано, но там такая красота, сердце радуется.

– Нет, Анна Матвеевна, я лучше здесь останусь.

– Ох, какой же глупыш мой внучок, что так у вас все разбилось.

Сашка вздрогнула, потому что обсуждать тему их с Фомой расставания и его причин с больной старушкой ей совершенно не хотелось. Разнервничается еще, давление подскочит, праздник будет испорчен. Нет, не надо.

– А вообще вы правы, Анна Матвеевна, я лучше пройдусь. Погода чудесная, гости еще нескоро соберутся, так что погуляю по вашему поселку.

– Иди-иди, деточка.

Сашка сбегала в дом, чтобы убедиться, что их с Фомой поселили в разные комнаты. Отчего-то по этому поводу у нее вдруг возникла легкая тревога, но нет. Сумка с ее вещами стояла в маленькой гостевой комнатке на втором этаже. Вот и хорошо.

Успокоившись, она легко сбежала по лестнице на первый этаж, помахала рукой Лидии Андреевне и вышла за калитку, решив и впрямь прогуляться к реке. Она видела, как у ворот остановилась машина, из которой неторопливо выгрузился какой-то солидный человек, а вслед за ним низенькая, очень пухлая женщина в ярком, слишком кричащем для раннего июньского утра платье. Видимо, гости подъехали.

Гуляла Сашка часа полтора, приводя в порядок чувства и мысли. Ее вчерашняя обида на Антона теперь казалась ей детской и глупой. Это же хорошо, что он любит и уважает свою мать. Было бы гораздо хуже, если бы он ее в грош не ставил. И совершенно понятно, почему, возвращаясь из командировки, эта женщина захотела улететь вместе с сыном. И никакого пренебрежения к ней, Саше Кузнецовой, в этом нет.

Словно в подтверждение ее мыслей зазвонил телефон. Антон.

– Привет, – сказал он. – Как дела? Больше не злишься?

– Привет. Я и не злилась.

– Ну да, как же. – Антон засмеялся. – Да ты вчера от злости готова была пар из ушей пускать. Сашка, ты пойми, маме это было важно, и я не мог отказаться, хотя тоже предпочитаю все планировать заранее. Просто эта ее командировка возникла неожиданно. Маме вовсе не улыбалось накануне семейного торжества с места срываться, но она человек долга. Надо так надо. И я тоже.

– Надо так надо, – повторила Сашка. – Антош, я все понимаю и совершенно не сержусь. Вы там празднуйте на полную катушку.

– Ладно.