Думаешь бьётся? (СИ)

Им больно — не дают прикоснуться. На вид язву трофическую напоминает. И так по кругу. Несколько дней.

Делюсь с Костей информацией.

— Приятного аппетита, Константин Павлович, — слегка морщится.

— Ты сам спросил, — буркаю себе под нос.

— Имел неосторожность. Смотрю на тебя когда — забываю что ты ходячая шкатулка Пандоры. Да вообще всё забываю, — легкий взмах кистью руки делает. — Так что там малолетки творили?

— Активно друг друга зализывали.

— Чего, блд? — давится воздухом. Тут же тянется к чашке кофе. — Нахрена?

— Ну они… Как бы тебе поточнее сказать. Обряд совершили. Руки порезали, кровью обменялись в знак вечной любви, — с каждым моим словом его вид становится всё более скептический. Знаю — знаю. Мы с тобой старенькие, нам не понять тех светлых чувств. — Не знаю я, может им крови маловато показалось, кровь со слюной решили смешать, — перекрещиваю ладони и развожу. — В итоге пошло заражение. Так часто бывает. Лучше бы, блин, помочились на ранки.

— Надеюсь, ты им так не сказала, — ловит нотку веселья.

— Нет, но была близка. Подарила им зубные щетки и полоскалки для полости рта.

— Капец, ты жестокая, — откидывается на спинку диванчика и хохочет. — Ты пробы брала?

— Нет, — отрицательно головой покачиваю, отчего мой высоко собранный хвост, касаясь открытых плеч, по ним мурашки разгоняет мгновенно. Костя улавливает, глаза немного сужаются. — У нас когда то давно уголовка была. То — ли шаман, то — ли колдун, своей слюной лечил несознательных граждан. Там полный трэш происходил. Одному мужчине ногу отрезали, руку всю исполосовали. Во рту же куча микробов, в кишечнике меньше. А самое главное они адаптированы, устойчивы даже к современным препаратам. Эта вся начесть ускоряет гнойный процесс, ткани воспаляются, сепсис может развиться, именно как в случае с этим мужчиной. Я его когда в первый раз видела, несколько часов менингизм продолжался, это судороги схожие с теми, что при менингите происходят у человека. Я с тех пор всех этих, — бубен изображаю, прикасаясь одной ладонью к другой. — Боюсь чутко. Они так мозг промывают, что потом неделями кровь промывать приходится. Вылечил дяденька ранку незаживающую, называется, — не могу понять реакцию его на мой монолог. Выглядит очень задумчивым. — Я без подробностей постаралась, — пожимаю плечами. — Ты сам сказал продолжать.

— Тебе это всё нравится, Алён? Есть желание окунаться во всё это каждый день?

— Да, — отвечаю мгновенно. — Я сама выбрала. Меня никто не заставлял. И не держит никто. Я добровольно.

Далее идет всё спокойнее. Уговариваю его сходить в кино на днях, посмотреть прямую трансляцию из Венской оперы. Идея кому — то в голову пришла, конечно, потрясающая. Жаль, подруги мои со мной не согласны.