Думаешь бьётся? (СИ)

— Пахнет у вас чем — то приятным, — принюхивается, по сторонам смотрит. — Алён, ты как? Как самочувствие? — его воспитание и природная скромность не дают в лоб спросить.

Толя уже сообщил, дословно «Змеюки ещё вчера рассылку информационную произвели». Неприятно, но пережить можно.

— Ты с какой целью интересуешься?

После моего вопроса Макс теряется, словно мог обидеть.

— Я хотел сказать, что всё хорошо. Ты большая молодец, что не обращаешь внимания на провокации.

— Спасибо, — говорю спокойно, стягивая перчатки. — Что ты нам принес? — в руках его замечаю две тонкие папки.

— Подарки вам, — прижимает их плотнее к себе. — Передали нам соседи с района. На выбор, подросток суицид и отравление изотопами радия. Радиационный фон превышен, поэтому в карцере вскрытие проводить и в костюме биохимзащиты, — скафандры используем редко, работать в них неудобно и душно, зато очень надежные, каждая порция воздуха проходит несколько уровней защиты.

— Да ну ладно! — Толя на меня пораженно смотрит. — Давай подростка возьмешь? Алён, опасно.

Я его уже не слушаю. Беру телефон в руки и быстро набираю Косте сообщение, без раздумий, хотя и не хотела первой писать.

«Вечером не смогу заехать. И завтра утром тоже. Сделаешь сам? Если надо будет, завтра вечером постараюсь».

Если результаты анализов и исследований в норме будут. Не могу себе позволить с Петей увидеться сразу после контакта опасного, но и не попрощаться с мальчиком тоже не могу.

Поднимаю голову, Толя нервно выдергивает свою папку из рук.

— Аленка, ну как так — то? Только ведь поговорили. Это что за сила мысли такая?

— Вы о чём? — Максим смотрит на нас поочередно, не понимает, чем Толя возмущен."

"— Мы с этой ведьмой только что говорили. Василич сказала, что начнет в сторону докторской двигаться, как только радиоактивный объект попадётся, — поясняет. — Ты знала? Сама мужика отравила? — снова ко мне обращается.

— Естественно, двести двадцать шестым изотопом. По классике. В зубную пасту добавляла.

Толя цокает.

— Ну чего ты, зря по — твоему поперву им лечились? От морщин до бесплодия. С любым недугом справлялся, — беззаботно плечом его задеваю, мол, давай — улыбнись.

— У мертвых все недуги в прошлом, — подначивает.

Когда тянусь у Макса забрать документы, он папку слегка поднимает, увеличивая расстояние до моей руки.

— Ален, точно нормально? Могу кого — то другого поставить, — на живот мой косится. О, видимо я не полным набором сплетен владею.

— Макс, при всём моем огромном уважении к Склодовской — Кюри, я её ошибок повторять не стала бы, — таки забираю имеющиеся наработки. Всего несколько листов, не густо.

— Ты о чём? — спрашивает Максим.

— Беременной бы дел с радием не имела. Наука не самое главное в жизни.

Толя смеется с нас.