Рыжая бестия

— Катя, что происходит?

Я всхлипнула, пытаясь сдержать подступающие слёзы. Поднялась с кровати, предварительно отставив поднос с помолвочным кольцом и вкусным завтраком, который явно не полезет мне в горло и подошла к мальчикам.

— Покажи Бесу своё красивое пятнышко, малыш.

Илья приподнял пижаму за край и пальчиком ткнул в родимое пятно.

— Вот, пап! Класивое! Мама сказала, что я особенный малыш! А у тебя такого нет?

Кирилл побледнел. Сцепил челюсти и задёргал желваками. Готов был громить весь дом, но с большим трудом сдерживал себя и я это видела. Отпустил мальчика на пол. Затем принялся быстро одеваться. Хватило трёх минут.

— Иди, покорми мишку. Мультики закончились?

— Нет.

— Вот и хорошо. Иди сынок.

Илья выбежал из комнаты, прихватив с собой гроздь рябины.

— Кто тебе сказал? — Бес подошёл вплотную ко мне и взял в ладони моё лицо. Ощутимо так взял. С силой. Приблизил к своему лицу. Я готова была умереть от таких перемен. Будто бы ревнивый зверь, решил наказать свою самку, расцарапав её тело мощными когтями до крови. — О том, что у ребёнка родимое пятно Ворона, не знал даже я! Ника, тем более! Марина и Алина тебе не могли сказать! Очень интимная вещь, не находишь? Ты с ним спала?? Вы трахались???

Кирилл прорычал последнюю фразу мне в лицо. Будто бы ударил меня хлыстом. Больно! Безжалостно! С удовольствием! Я онемела. Только дрожь и почти обморочное состояние управляли мной. В глазах всё плыло и темнело. Я не знала правильного ответа. Одна мысль всё же осталась в голове продолжая меня терзать. Кирилл уйдёт и я просто сбегу... подальше от этого ада... подальше от всего, к чему он прикасался, где ходил и дышал тем же воздухом, что и я. Он не простит... Не поверит... И я не стану унижаться. Это выше моих сил. Ненавижу вечные сомнения.

— Твоя задача — присмотреть за малым! Рыпнешься из этого дома, пожалеешь! У меня много вопросов к дерьму, который называл себя другом!

Глава 21. Ваши карты, господа...

Кирилл.

— Ты достал мне её номер? — я закашлялся, прикуривая сигарету. Горечь неприятно расползлась во рту. Поморщившись от едко-горького привкуса, глубоко вдыхаю свежий воздух исходящий от кондиционера, пытаясь хоть как-то успокоить взвинченные нервы, и унять дрожь в руках, и во всем теле.

— Достал. Зачем он тебе, Кир? С Ильей что-то случилось?

— Лучше не спрашивай, Кощей! — снова делаю неудачную затяжку, пытаясь унять удушающий кашель. Никотин, проникая в кровь, лишь ещё больше раздражал. — С ребёнком всё в порядке.