Бесспорное правосудие

К тому же несправедливые. Я надеялся, что делаю тебя счастливой.

От прозвучавшей в ее голосе резкости у Марка кровь в жилах похолодела.

– Счастливой? Ты правда так думаешь, Марк? Неужели ты так самонадеян? Меня не так легко сделать счастливой. Для этого нужно больше, чем внушительный член и посредственное сексуальное мастерство. Ты не делал меня счастливой и не сделал. Просто время от времени – когда тебе было удобно, когда ты не был нужен жене, чтобы развлекать гостей, или выдавался свободный вечер, – доставлял мне сексуальное удовольствие. Да я и сама без особого труда могла бы это сделать. Так что не думай, будто делал меня счастливой.

Пытаясь обрести равновесие в том, что казалось трясиной абсурда, он произнес:

– Прости, если я вел себя с тобой не так, как надо. Я не хотел причинить тебе боль. Меньше всего хотел этого.

– Ты не понимаешь, Марк. Просто не слышишь. Ты не можешь причинить мне боль, потому что не значишь для меня так много. Ни один мужчина не значит.

– Тогда какие претензии? У нас был роман. Мы оба этого хотели. Нас все устраивало. Теперь роман закончился. Если я ничего для тебя не значил, то чем ты недовольна?

– Меня удивляет та странная манера, с какой ты, по твоему мнению, имеешь право обращаться с женщинами. Ты обманывал жену, потому что хотел разнообразия, секса, пикантно сдобренного опасностью, и я подходила лучше всех, так как умею держать язык за зубами. Сейчас тебе потребовалась Люси. Неожиданно она вышла на первое место. Ты хочешь обрести респектабельность, верную, любящую жену, политический вес. И Люси обещает простить измену, поддерживать тебя на выборах, стать идеальной женой члена парламента, но ставит условие: наш роман должен прекратиться. «Я никогда не увижу ее снова. Эта интрижка ничего не значила для меня. Я всегда любил только тебя». Разве не так волокиты мирятся с маленькими женушками?

Вдруг Марка охватил спасительный гнев:

– Не трогай Люси. Ей не нужны ни твое внимание, ни снисходительное сочувствие. Поздновато выдавать себя за защитницу всех женщин. О Люси я сам позабочусь. Тебе нет дела до нашего брака. К тому же все было не так. Твое имя не называлось. Люси ничего о нас не знает.

– Ты так думаешь? Пора повзрослеть, Марк. Возможно, она не уверена, что это была именно я, но о существовании другой женщины знает, жены всегда знают. Если Люси молчала, значит, это было в ее интересах. Ты ведь не собирался разрушать семью, правда? Всего лишь развлекся на стороне. У мужчин такое случается.

– Люси беременна.

Марк не знал, зачем он это сказал, но слова уже вырвались.

Воцарилось молчание.

– Мне казалось, Люси не может иметь детей, – холодно произнесла Люси.

– Так мы думали. Ведь наш брак длится уже восемь лет. Можно утратить надежду.