Бесспорное правосудие

Свидетелю обвинения часто верят, потому что хотят этого. Но фотографии, сделанные полицией, на которых был виден дряблый, развалившийся живот, раскинутые груди и рассеченные сосуды, вызывали, по ассоциации со свиной тушей, подвешенной на крюк мясника, скорее, отвращение, чем сочувствие. Эти снимки полностью уничтожили ее как личность. Именно тут кроется трудность в деле об убийстве: жертва не может защитить себя. Рита О’Киф была непривлекательной, сварливой, пятидесятипятилетней пьяницей с непреодолимым влечением к джину и сексу. Четверо присяжных были молодыми людьми, двое только-только достигли нужного для выполнения этой обязанности возраста. Старость и некрасивость отталкивают молодых. Их внутренний голос пробормочет что-то вроде: «Сама доигралась».

И вот сегодня, на второй неделе и седьмом дне судебного процесса, пришло время решающего, по мнению Венис, перекрестного допроса главного свидетеля – соседки жертвы, миссис Дороти Скалли, шестидесятидевятилетней вдовы, той самой женщины, которая сказала полиции, а теперь и суду, что видела, как Гарри Эш выходил из дома номер 397 в 23.15 в ночь убийства.

Венис наблюдала за женщиной на первоначальном опросе свидетелей и отметила ее сильные и слабые стороны. Она узнала все, что ей требовалось. Миссис Скалли была стеснена в средствах, но не бедствовала, обычная вдова, живущая на пенсию. В конце концов, Уэствэй – благополучный район, где надежные, законопослушные представители нижней прослойки среднего класса живут в собственных домах, испытывая чувство гордости за безукоризненно чистые кружевные шторы и ухоженные лужайки, каждая из которых личная победа хозяев над тусклой повседневностью. Но теперь этот район сносился, он утопал в удушливых облаках коричневато-желтой пыли, он был обречен. Работы по расширению дороги неумолимо продвигались вперед, и на старом месте осталось лишь несколько домов. Даже протестные объявления на досках, отделявших пустые участки от новой дороги, стали со временем выцветать. Скоро здесь будет лишь гудронированное покрытие да неумолкаемый шум и скрежет потока автомобилей, мчащихся к западу от Лондона. Через некоторое время никто и не вспомнит, что было раньше на этом месте. Миссис Скалли уедет одна из последних. Останутся только хрупкие воспоминания. Она принесла с собой на свидетельскую трибуну почти уничтоженное прошлое, неопределенное будущее, респектабельность и честность. Слабые средства защиты для противостояния одному из лучших специалистов по перекрестному допросу.

Венис видела, что свидетельница не купила новое пальто для выступления в суде. Новое пальто – слишком большая роскошь, только очень холодная зима или ветхость старой одежды могут оправдать такую покупку.