Бесспорное правосудие

Он страшно побелел и неподвижно стоял какое-то время, а потом издал крик. Словно от боли. Потом схватил ножницы и пытался их сломать, но у него ничего не получилось: ножницы были сделаны на совесть. И тогда он сложил их и воткнул в стол. Когда мы поднимемся наверх, я покажу дырку. Очень глубокая. Ужас, так было страшно! Впрочем, я всегда его побаивалась.

– Почему, миссис Бакли? Он агрессивен? Угрожает?

– Напротив, всегда вежлив. Холодный взгляд, но без угрозы. Однако он всегда следит за мной, и в глазах – один расчет и ненависть. И Октавия такая же. Она, конечно, под его влиянием. Нелегко жить в доме, где тебя терпеть не могут. Октавии нужна забота, ласка, а я не могу их ей дать. Как можно дарить любовь, когда тебя ненавидят? Я рада, что они уехали.

– А вы не догадываетесь – куда? Не было разговоров об отдыхе? О том, куда они собираются?"

"– Не было. Эш сказал, что их не будет несколько дней. Адреса не оставили. Не думаю, что они знали, куда поедут. Никогда раньше они не заикались об отдыхе, но, с другой стороны, мы почти не разговариваем. Октавия только отдавала распоряжения.

– Вы видели, как они уезжали?

– Я наблюдала за ними из окна в гостиной. Они отъехали в половине одиннадцатого. Потом я спустилась вниз посмотреть, нет ли для меня записки, но ничего не нашла. Кажется, они собираются жить в палатке, потому что забрали почти все консервы из моих запасов, а у сидевшей на заднем сиденье Октавии был рюкзак – его мисс Олдридж купила ей несколько лет назад для школьных экскурсий. И еще спальный мешок.

Они поднялись наверх в кухню. Там Дэлглиш попросил миссис Бакли сесть и в осторожных выражениях рассказал ей об убийстве Джанет Карпентер.

Экономка словно оцепенела, а потом проговорила:

– О нет! Опять! Что творится с нами и с нашим миром? Она была такой хорошей женщиной, доброй, рассудительной, простой. Я хочу сказать, кому понадобилось ее убивать? И в ее собственной квартире. Так это был не грабитель?

– Не грабитель, миссис Бакли. Мы подозреваем Эша.

Женщина склонила голову, прошептав:

– А ведь он взял с собой Октавию. – Потом выпрямилась и в упор посмотрела на Дэлглиша. В первую очередь она подумала не о себе, мелькнуло в голове у Кейт, и она почувствовала к женщине еще большее уважение.

– В понедельник вечером Эш рано пришел домой? – спросил Дэлглиш.

– Не знаю. Днем оба укатили на мотоцикле. Они часто на нем ездят. Около девяти уже работали над коллажем. А были они дома раньше этого времени? Не могу сказать. Октавия, наверное, была: до меня доносился аромат с кухни. Похоже, спагетти по-болонски. Но вели они себя тихо. Конечно, я могу не заметить, когда кто-нибудь спускается в квартиру, но шум мотоцикла обычно слышу.