Его Сиятельство Бессмертный

Я застал этого брата ещё живым! Примерно знаю, как он ощущается! А что в итоге? В дом, в тело брата залетела какая-то мощная неведомая херня! Ну я и подумал… чирк-пырк ножиком по кругу, херня не сможет заряжаться и никому не навредит!

— Так… — проговорил я и поднялся на ноги. — Ты сейчас кого хернёй назвал?

— Я… ну я… — завопил пингвин, вжимаясь в спинку стула. — Я не знаю, как тебя ещё называть!!!

Я медленно надвигался на него. Он вжимался всё сильнее и сильнее. Я хотел убедиться в его словах и намерениях, а потому произнёс ненавистное мне, но пугающее людей прозвище:

— Раньше меня называли Бессмертный Князь Тьмы Кощей!

Он выпучил глаза ещё сильнее и пробормотал:

— Кощей Бессмертный? Тот самый?

— Тот самый.

— Но… раз ты переродился, значит, всё-таки умер, да? — осторожно спросил он. А затем подался вперёд и спросил: — Слушай, а у тебя правда смерть в яйце была?

— Чего⁈ — опешил я.

— Ну это ж даже дети знают! Смерть Кощея в игле, игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в шоке! Нет? Не так?

— Ты что за ахинею несёшь, полоумный⁈ — возмутился я.

— У нас такое в школах проходят, — пожал он плечами.

Я не выдержал и схватился за голову.

Я точно не ощущаю от него враждебных намерений. Похоже, он в самом деле хотел тайком защитить семью Ивана…

Главная его проблема в том, что он болтливый придурок.

— Слушай, а раз ты хороший, и мы на одной стороне, — не останавливался пингвин, — давай жить дружно. И раз уж я тут раньше тебя стал зомби, то ты должен называть меня «семпай».

— Иди на хер, нерусь поганая, — вздохнул я.

— Я русский!

— Нам-то не ври.

Развернувшись, я направился обратно к своему креслу.

— Послушайте, Великий Мудрец Алексий, — вдруг подал голос Иван. — Оказывается, вы так чётко чувствуете энергию, что смогли отличить Костю… прошлого от Кости нынешнего?

— Только людей и зомбаков чувствую, — пробурчал пингвин в сторону. — С монстрами хуже.

— Но почему же вы раньше об этом не сказали? Почему умолчали и пошли рушить круг в одиночку?

— Ты ещё не понял, Иван? — Я плюхнулся в кресло и продолжил: — Потому что он ленивая задница, которая хочет читать сказки в гордом одиночестве и держаться подальше от людей.

— Эй, это грубо! — возмутился пингвин и выпятил грудь. — Я называю себя «хикикомори».

— Нерусь, — махнул я рукой в его сторону.

Пингвин сказал что-то ещё, граф ему ответил, я же пропускал мимо ушей их болтовню.

Итак, Лёха нам не враг. Но и друг из него никудышный. Болтливый говорящий мёртвый пингвин! Интересно, если его закинуть в логово потенциальных врагов, он своей болтовнёй сможет свести их с ума и заставить самоубиться?

Тогда бы с него был прок.