Бессмертный

— Нарушили границы дружбы и теперь не знают, как вернуть все обратно, — понимающе и, как мне показалось, сочувствующе вздохнул кок.

— Пить надо меньше, — вот к ним я не испытывала ни капли сочувствия. Может, я не всегда была слишком разборчива в своих связях с мужчинами, но уж точно потом на утро никогда не краснела.

Кули посмотрел на меня задумчиво, но от дискуссии воздержался, вернулся к столу, где до этого нарезал продукты, чтобы приготовить ужин.

Я уже думала, что он погрузился в свое любимое дело и забыл о моем существовании, но не тут-то было.

— Тебе еще не надоело заниматься уборкой? — поинтересовался он.

— Все нормально, — отмахнулась я.

Я, на самом деле, несла свое наказание уже четвертый день, но мне не надоело. В отсутствии других дел и временным запретом на занятия спортом, это было неплохим развлечением. Экипаж «Прометея» был небольшим, поэтому я не перетруждалась. От меня-то и требовалось: собрать посуду, загрузить ее в машину для мойки, потом запустить роботов-уборщиков на пол, а самой протереть столы.

Как мне объяснил кок, обычно все члены команды несли по очереди дежурство по камбузу, сейчас же, на время моего наказания, их освободили от этой обязанности.

— Попробовала бы приготовить что-нибудь вместе со мной, — не отставал Кули.

Я закатила глаза. Эта тема поднималась каждый день, я всегда отвечала отказом, но храбрый кок не сдавался.

— Я не умею готовить, — в сотый раз повторила я.

— Не хочешь, — в сто первый раз возразил Кули.

— И не хочу, — не стала я спорить. — Я вообще не понимаю, зачем все резать ножом самому, когда можно использовать измельчитель, — не удержалась я от ответного замечания.

Кули посмотрел на меня так, как будто я предложила призвать Сатану в святом храме.

— Машина никогда не заменит человека! — пафосно изрек он."

"— Ах, ну конечно, — поддела я, — машина не порежет себе палец, например.

Кок обиженно засопел.

— Это ты, между прочим, меня вчера отвлекла!

Я покосилась на его заклеенный пластырем палец и решила промолчать. Доля правды в его словах была, я, правда, вчера не вовремя влезла под руку.

Так что я решила ретироваться. Взяла полотенце и принялась протирать столы.

— Ты еще молода и многого не понимаешь, — вздохнул Кули.

— Да-а? — я снова повернулась к нему, хотя это мне ничего не дало: кок на меня не смотрел, продолжая стучать ножом. — И чего же я не понимаю?

— Того, что приготовление пищи — это ритуал, — я хмыкнула, вспомнив, что только пару минут назад поминала Сатану, но Кули подумал, что я смеялась над ним. — И зря не веришь, станешь старше, поймешь.