Бессмертный

— Можно мне еще? — вернула пустую посуду.

Коллинз присел на край койки и покачал головой:

— Чуть позже, пока нельзя, — я поджала губы, но спорить не стала.

Сейчас меня больше интересовало другое:

— Как я сюда попала?

Генри нахмурился:

— Ты не помнишь?

Я поморщилась.

— Нет, вообще.

Медик посмотрел на меня озабоченно:

— Мы получили сигнал, нашли твой катер, ты сама пристыковала катер к «Прометею», вот только не вышла из него, а когда мы вошли, ты лежала в кресле без сознания.

Я кивнула, принимая информацию. Видимо, мой мозг уже окончательно отключился, и я действовала на чистом «автопилоте».

— Что было потом?

Генри пожал плечами, словно для него это была самая неинтересная часть истории."

"— А потом мы принесли тебя сюда. Я сделал анализы. Чего только у тебя в крови не было. Пришлось чистить твой организм, делать переливание крови, потом ты три дня лежала под капельницей.

— Сколько? — ахнула я.

— Три дня.

— И где мы сейчас?

— Держим курс на Лондор. Самым кратчайшим маршрутом это около двух недель.

Я опустила глаза, переваривая сведения.

— Морган?

— А? — я вскинула голову, чувствуя, как по спине побежали мурашки. Я знала, что спросит Генри.

— Александр… — он не договорил, но это было и не нужно.

Я отвела взгляд, уставилась в стену, будто бы это могло принести облегчение.

— Александр погиб.

— Мы так и подумали, — произнес медик глухо. — Ладно, — он попытался придать своему голосу бодрости, — сейчас тебе нужно поесть, твой организм ослаблен.

Я молчала, поэтому он счел это согласием и направился к двери.

— Генри!

— Что? — Коллинз обернулся уже у самой двери.

— Генри, это я.

— Что — ты? — не понял он.

Пришлось повторить:

— Это я взорвала город, я убила этих людей.

Я ожидала увидеть в лице доктора ужас, омерзение, шок, да что угодно, но он только поджал губы и сдержанно сказал:

— Поговоришь об этом с Эшли. Это не мое дело.

И ушел, оставив меня пялиться на закрывшуюся дверь.

* * *Генри заставил меня поесть, и не отходил от меня, пока я полностью не прикончила принесенную им порцию. Вставать запретил, пообещал пустить ко мне Эшли через пару часов, но взял обещание, что это время я потрачу на сон.

А потом он ушел, и это было облегчением. Мне тяжело было смотреть ему в глаза.

Оставшись одна, я просто сидела на койке, подтянув колени к подбородку, и думала. Пыталась смириться и осознать случившееся.

Не получалось. Я то и дело ловила себя на мысли, что жду Александра. Мне казалось, что вот-вот откроется дверь, он войдет, усмехнется и спросит: «Ну как ты, моя старушка?» Но он не приходил, а я не могла поверить, что этот мир остался существовать дальше без него. Злой рок, насмешка судьбы, что выжила я, а не он.

В дверь постучали, очень осторожно, будто боясь разбудить.

— Входи, я не сплю.