Бессмертный

— Да, милый, спасибо.

Милый? Откуда вообще взялось это слащавое слово в моем лексиконе? Но сейчас оно само просилось на язык. Все эти ласковые обращения: «милый», «дорогой», «любимый», — которые я ненавидела и считала фальшивыми, из уст Тиффани Гиббс по отношению к ее супругу звучали естественно и… правильно, что ли.

Тайлер отправился на поиски воды, и я получила возможность проводить его взглядом и убедиться, что он не ошибся: парень-блондин в синей куртке помедлил пару секунд и вышел из зала вслед за ним.

Я поджала губы. Скверно. Как Александр и предполагал, нас решили «вести» с самого начала.

7.

Когда перед отлетом с Альфа Крита Тайлер ходил за водой, он позволил нашему наблюдателю приблизиться и прицепить ему на куртку «жучок». Судя по тому, как Александр скривился, молча указывая мне на свой рукав, парень оказался не профессионалом, и Тайлеру стоило немалых усилий сделать вид, что он ничего не заметил.

Как достаточно состоятельные люди, мы путешествовали первым классом в отдельной каюте, но, теперь обремененные подслушивающим устройством, придерживались отведенных ролей и за закрытыми дверьми. Разговаривали нормально только в душе при включенной воде, заглушающей звуки, и только шепотом.

Полет до Нового Рима занял неделю, и я постепенно привыкала к тому, что отныне я Тиффани Гиббс. Не знаю, какой эта женщина была на самом деле, но в моей интерпретации она получилась примерной женой, во всем прислушивающейся к мнению своего мужа и всячески его поддерживающей. Когда нас никто не видел, а только слушал через «жучок», Александр беззвучно ухохатывался и строил мне смешные рожицы, когда я называла его «милым» или «дорогим».

А на Новом Риме наш соглядатай сошел с рейса и его заменил куда более опытный экземпляр. С чего я так решила? Да потому что даже Тайлер потратил целых два дня, пока его вычислил, хотя корабль, обслуживающий направление Новый Рим — Эйдана, шел полупустым. И это несмотря на то, что данный рейс совершался всего лишь раз в месяц.

Больше всего на свете я боялась, что от перенапряжения начну разговаривать во сне или отвлекусь и на автомате назову Александра настоящим именем. Но во время нашего очередного короткого разговора в душе Тайлер заверил меня, что на его памяти во сне я ни разу не болтала, разве что храпела пару раз. За что тут же получил от меня болезненный тычок под ребра, и еще несколько минут давился беззвучным смехом и не мог выйти из ванной.

Вообще, если оставить в стороне переживания о том, что ждет нас на Эйдане, убрать из нашего общения фальшивые имена и непривычно слащавые обращения, путешествие шло хорошо, а провести столько времени наедине нам удалось вообще впервые за время нашего знакомства.

Энтони Гиббс называл это вторым медовым месяцем.