Бессильная

Я опускаю его голову на каменный пол и встаю, чтобы уйти, понимая, что уже опаздываю на ужин. Захлопнув за собой дверь камеры, я отрывисто киваю Дамиону. В ответ он медленно склоняет голову и идет за мной по длинному коридору камер.

Наши шаги гулко отдаются от каменных стен, когда мы поднимаемся по лестнице и выходим в светлый, залитый солнцем коридор над подземельями. Я ловко направляюсь к тронному залу, даже когда мои мысли блуждают по нему.

Испытания быстро приближаются, всего четыре дня отделяют нас от первой смертельной игры. Последние несколько дней прошли в постоянных тренировках, еде, разговорах и пытках. И, конечно же, издевательствах над Пэйдин. Она была моим главным источником развлечений в последнее время. Она развлекает. Своим остроумием, упрямством и явным раздражением на меня…

Стоп.

Я вытесняю мысли о Пэйдин из головы, проходя через большие двери тронного зала. Руки сами собой оказываются в карм хочуанах, и я веду себя непринужденно, несмотря на то, что прекрасно понимаю, что моя темно-синяя рубашка, испачканная кровью, не совсем соответствует дресс-коду для ужина.

Слуги уже принесли на стол еду, которую все сидящие вокруг с жадностью поглощают. Головы поворачиваются, услышав стук моих туфель по полированному полу, несколько пар глаз перебегают с моего лица на кровь, заляпавшую одежду. Я игнорирую их взгляды, понимая, что слишком устал, чтобы переодеться, и слишком голоден, чтобы заботиться об этом.

— А, Кай. Рад, что ты смог прийти. — Отец, как обычно, звучит раздраженно, когда я сажусь на свое место.

— Дорогой, — тихо говорит мама, наклоняясь ко мне, — ты выглядишь немного… ну, окровавленным. — Она вздрагивает, когда ее глаза блуждают по мне, оценивая своего сына."

"— Профессиональный риск, мама. — Я одариваю ее небольшой улыбкой, которую храню только для нее. Она нерешительно кивает, а затем пытается расслабиться в своем кресле.

Я едва прислушиваюсь к тихой болтовне, ведущейся вокруг меня. Я доедаю последние бобы, когда непрекращающееся постукивание заставляет меня поднять глаза.

Серебристые волосы Пэйдин рассыпались по лицу распущенными локонами, а остальные были завязаны в беспорядочный узел на затылке. Ее глаза прикованы к тарелке, большой палец с серебряным кольцом отбивает ровный ритм по деревянному столу.

А потом эти океанские глаза переходят на мои.

Я наклоняю голову в сторону ее барабанящего большого пальца. — Ты о чем-то думаешь, Грей?

Она оглядывает меня, словно впервые замечая мое присутствие. — На твоей рубашке что-то есть, Азер? — Ее глаза скользят по моей одежде, затем слегка расширяются.