Бессильная

 — Я едва слышу его мягкие шаги за спиной, прежде чем чувствую, как его пальцы касаются моей голой спины, собирая шнуровку.

Он осторожно тянет за завязки, как будто почти не уверен в себе. Я почти смеюсь. Это действие кажется слишком робким, чтобы принадлежать принцу, стоящему за моей спиной. — Должен признать, что распускать шнурки у меня получается гораздо лучше, чем завязывать, — рассеянно говорит он.

Я хмыкаю. — Конечно, лучше.

Его тихий смех шевелит мои волосы, и я замираю. Он в последний раз дергает за шнурки, прежде чем быстро завязать их, его мозоли касаются моей кожи.

Я подавляю дрожь и поворачиваюсь к нему, разглаживая юбки своего платья. Серый взгляд скользит по моему телу, прежде чем встретиться с моими глазами, и его голос грубеет, когда он спрашивает: — Ты не задыхаешься?

— Нет, — смеюсь я, — я прекрасно дышу. Спасибо. — Я уже собираюсь выйти из-под прикрытия поникших ветвей ивы, как вдруг рядом со мной появляется Кай.

— Я провожу тебя в твои покои, — просто говорит он.

— Тебе не нужно этого делать.

— Ты права. Не нужно. — Он переплетает мою руку со своей, и мы начинаем идти через переполненный сад к замку. — Но я хочу.

Я наклоняю голову и улыбаюсь. — Я могу привыкнуть к тому, что ты джентльмен, Азер.

Глава 38

Кай

— Ты ужасен в этой игре.

Китт отвечает громким смехом, который прерывается только тогда, когда он подносит флягу к губам и делает глоток. Проглотив, он изрекает: — Игра заключается в том, чтобы пить каждый раз, когда Джекс наступает Энди на пятки. Как я могу быть ужасен в этом?

Я смотрю на раскрасневшиеся щеки и растрепанные волосы брата, понимая, что, скорее всего, выгляжу так же. Мы сидим на траве и смотрим, как гости кружатся по разноцветным коврам под звездным небом, уже почти час. Шершавая кора дерева, к которому я прислонился, впивается мне в спину, ведь я сбросил свой костюм и остался в одной лишь испачканной рубашке на пуговицах.

Китт смотрит на меня, все еще терпеливо ожидая ответа на свой вопрос. И я без колебаний даю ему ответ. — У тебя это ужасно получается, потому что ты постоянно пропускаешь свой рот."

"Мы оба смеемся, когда Китт вытирает виски, стекающее по его подбородку. Похоже, мы не отбросили нашу традицию выпивать во время этих балов, и я рад, что некоторые вещи никогда не меняются.

— Подожди… — пробормотал Китт, не сводя глаз с Энди и Джекса, танцующих с другими парами. Джекс со смехом спотыкается, его длинные ноги путаются в ступеньках, прежде чем его нога приземляется на ногу Энди. — А вот и он. Он никогда не разочаровывает.

— Выпьем, — вздыхаю я, выхватывая у него фляжку и делая глоток, который обжигает мне горло.

Китт наблюдает за мной. — Ты уверен, что тебе стоит продолжать пить, когда у тебя завтра Испытание?

— Немного веры в своего Энфорсера, брат.