Когда закон бессилен

 — Вот это отдашь лично в руки Вальке, лонял? — строго спросил он. — Не Федьке, а именно прямо в руке Вальке!

— Лады, — кивнул Пират. Взял заклеенный почтовый конверт.

— А на словах, опять же ей, что все будет так, как она договорилась с Блохой. Вот теперь пока, — Заяц быстро пошел к стоянке. Парни, внимательно всматриваясь в окружающих, следовали за ним.

— Ты уверен в этом? — строго спросил Растогин.

— Конечно, — кивнул Николай. — Прежде чем сообщить это вам, я проверил. В квартире Галины Сергеевны действительно живет мужчина. Кто он такой, я узнаю завтра, — Растогин, нервно кусая губы, внимательно смотрел на него. -

— Нет, — понял его Николай. — Я сделаю проще — наведу справки об этом типе в милиции. У меня там есть один знакомый. Я один раз здорово помог ему. Думаю, он не откажет мне в такой пустяковой просьбе.

— А кто тот, с кем ты поскандалил? — спросил Растогин.

— Ее сосед, — улыбнулся Николай. — Зовут его не Саша, как пыталась представить его Галина Сергеевна. Личность довольно известная милиции — Суворов Виталий, кличка Граф. Недавно освобожден по помилованию. Тип еще тот. О нем, если так можно сказать, ходят легенды. Его задерживали за совершенные преступления, но ему всегда удавалось избежать наказания. И это в то время, когда социалистическое общество вело ожесточенную борьбу с преступностью. Тем более, что Суворов не какой-нибудь карманник либо домушник, а бандит. В последний раз ему дали, как говорят уголовники, потолок — пятнадцать лет за нападение на кассира в Вологодской области. Отсидел восемь. Квартира ему досталась по завещанию хозяйки, которая два года назад умерла. Некто Фомич Мария Ивановна. Ее сын умер в лагере от рака. Видно, он чем-то был обязан Суворову, потому что уговорил мать оставить квартиру этому бандиту.

— Откуда же его знает Галина? — удивился Растогин.

Зюзин молча пожал плечами…

— Ты был у Гали в больнице? — зада неожиданный вопрос Растогин.

— Да нет, — заметно смешался Зюзин. Увидев недоверие в глазах шефа, поспешил исправиться. — То есть я видел ее пару раз. Но совершенно случайно. Я как раз отвозил в больницу глюкозу и ан…

— Павел Афанасьевич, — обиженно проговорил Николай, — что вы ей-богу? Я же ничего не…

— Запомни, что я сказал, — предупредил его Растогин.

— Павел Афанасьевич, — в приоткрытую дверь кабинета заглянула Регина. — К вам господа из Красноярска. Они у меня записаны. Вы примете их?

— До свидания, шеф, — Зюзин быстро вышел. В приемной он увидел троих мужчин.

— В столице нас с ходу высчитают, — говорил Зубр, — даже если на месте не возьмут. Да и ты видел, чего сейчас в этих гребаных пунктах? Мордовороты, один здоровее другого, у каждого волына. Наверняка еще и где-нибудь в кабинете рядом сидят хари четыре. Рискнуть, конечно, можно, но это запал.