Бессердечный повеса

– Она просто великолепна, в ней присутствуют, по крайней мере, десять разновидностей импортного шампанского, двадцать каберне, приблизительно столько же бордо, и большое количество французского бренди.

– Возможно, если я опустошу большую часть этих запасов, – сказал Девон, – то не замечу, как дом рушится на наших глазах.

– В фундаменте нет никаких серьёзных повреждений. Ни одна стена не покосилась, нет никаких видимых трещин в наружной каменной кладке, которые я бы успел заметить.

Девон глянул на него с лёгким удивлением.

– Для человека, который редко бывает трезвым, ты приметил слишком много.

– Разве? – Уэст выглядел смущённым. – Ну, извини, кажется, я нежданно-негаданно пришёл в себя. – Он потянулся к бокалу с вином. – Приорат Эверсби – одно из прекраснейших охотничьих имений в Англии. Возможно, завтра нам стоит выйти пострелять куропаток.

– Великолепно! – воскликнул Девон. – Я с большим удовольствием начну день с убийства какой-нибудь живности.

– А после мы встретимся с управляющим имением и поверенным, и решим, что делать с этим местом. – Уэст выжидающе посмотрел на брата. – Ты так и не рассказал, что случилось сегодня днём во время твоей прогулки с леди Трени.

Девон раздражённо пожал плечами:

– Ничего не случилось.

После того как она представила его Хелен, оставшуюся часть экскурсии по оранжерее Кэтлин вела себя сдержанно и прохладно. Когда они расстались, у неё был вид человека, который, наконец, покончил с неприятными ему обязанностями.

– И что, она всё время носила вуаль? – спросил Уэст.

Девон стрельнул в него насмешливым взглядом.

– А это имеет значение?

– Мне любопытно. Тео знал толк в женщинах, он бы никогда не женился на дурнушке.

Девон переключил внимание на своё вино, и принялся покручивать коллекционный напиток в бокале, пока он не заискрился, как тёмный рубин. Казалось невозможным в полной мере описать внешность Кэтлин. Он мог сказать, что у неё рыжие волосы и золотисто-карие глаза с приподнятыми внешними уголками, как у кошки. Мог описать её светлую кожу и розовый румянец, который разливался на лице, словно зимний рассвет. Её плавную атлетическую грацию, скованную лентами, корсетом и слоями ткани. Но ничто из этого не смогло бы передать, то восхищение, которое она у него вызывала. Или ощущение того, что в её власти открыть в нём совершенно новые чувства, если только она захочет попробовать.

– Если судить исключительно по внешности, – ответил Девон, – думаю, она вполне хороша собой, чтобы разделить с ней постель. Но у неё характер затравленного дикого зверька. Я собираюсь вышвырнуть её из поместья, как можно быстрее.

– А сёстры Тео? Что будет с ними?

– Леди Хелен, возможно, подойдёт на должность гувернантки.