Бессердечный повеса

– Она замолчала, смутившись из-за посетившей её мысли. – Возможно, респектабельная женщина не должна испытывать подобных ощущений.

Его рука продолжила медленно скользить вверх-вниз вдоль её спины.

– Не вижу причин, почему нет. – Он наклонил голову и прошептал ей на ухо: – Но я никому не расскажу.

Она робко провела пальцами по краю большого синяка на его боку.

– А другие мужчины умеют... это делать?

– Ты имеешь в виду, удовлетворять женщину? Да, всё что нужно, - это терпение. – Он поигрывал локонами, которые выбились из её косы. – Но оно того стоит. Если женщина довольна, процесс становится ещё более приятным.

– Мужское самолюбие тешит сознание того, что он способен заставить женщину его желать. К тому же... – Его рука переместилась к расщелине между её бёдер, и начала поглаживать сквозь ночную сорочку, – то, как ты сжималась вокруг моих пальцев... доставляет мужчине удовольствие, когда он внутри.

Кэтлин спрятала лицо у него на плече.

– Из уст леди Бервик всё звучало очень просто. Но я начинаю думать, что она упустила некоторые важные детали.

Он издал тихий смешок:

– Всякий, кто говорит, что половой акт прост, никогда не занимался им как следует.

Они лежали, прислушиваясь к звукам, доносившимся снаружи. Садовники толкали по лужайке косилки на колёсах и технику для подрезки кустов, в которых плавно жужжали цилиндры, оснащённые лезвиями. Небо было окрашено стальным цветом, сильный ветер трепал редкие поблёкшие коричневые листочки на дубе, который рос возле окна спальни.

Девон поцеловал её в макушку.

– Кэтлин... ты говорила, что, когда в последний раз разговаривала с Тео, он сказал: “Ты мне не жена”.

Она застыла, охваченная тревогой, когда догадалась, о чём он собирается спросить.

– Это действительно так? – Кэтлин попыталась отстраниться, но он крепко прижал её к себе. – Не имеет значения, что ты ответишь, – сказал Девон мягко. – Просто я хочу понять, что случилось.

Она рискнёт всем, если расскажет, ведь ей было что терять. Но какая-то частичка её души отчаянно жаждала раскрыть правду.

– Так вот о чём вы спорили, – пробормотал Девон, медленно поглаживая Кэтлин по спине.

– Да. Потому что я бы не позволила Тео... – Она замолчала, лихорадочно вздохнув. – У меня нет права называться леди Трени. Мне не следовало оставаться в Приорате Эверсби после случившегося, просто... я не знала, будет ли мне позволено сохранить приданое, и я не хотела возвращаться к лорду и леди Бервик и, кроме того, это постыдно. Поэтому я солгала, что я жена Тео.

– А кто-нибудь спрашивал, спала ли ты с ним? – недоверчиво уточнил Девон.

– Нет, но я солгала смолчав. Что так же плохо, как и любой другой вид лжи. Прискорбная истина заключается в том, что я девственница. Мошенница.