Бессердечный повеса

– «Обычно их можно встретить в тавернах или публичных домах Ист-Энда. Они попросту растрачивают, вложенное в них, образование. Уэстон бросил Оксфорд, потому что не хотел оставаться там без Девона».

Кэтлин отметила для себя, что хоть Тео и недолюбливал обоих кузенов, особую антипатию он испытывал именно к Девону.

Какой странный поворот судьбы, что именно этот мужчина должен теперь занять его место.

– Почему вы вышли за Тео? – Удивил её Девон, задав вопрос. – Был ли это брак по любви?

Она слегка нахмурилась.

– Я бы предпочла не выходить за рамки светского разговора.

– Светские разговоры ужасно скучны.

– Несмотря на это, считается, что мужчина вашего положения в состоянии поддержать такой разговор.

– Тео был таким? – ехидно спросил он.

– Никогда не замечал за ним. Возможно, я был слишком занят, уклоняясь от его кулаков.

– Полагаю, можно с уверенностью сказать, что вы с Тео пробуждали друг в друге не самые лучшие качества.

– Мы были слишком похожи в наших недостатках. – Он понизил голос и добавил с насмешкой: – И, по-видимому, мне не присуще ни одно из его достоинств.

Кэтлин молча принялась блуждать взглядом по бурно цветущим гортензиям, гераням и высоким стеблям красных пенстемонов. До замужества она предполагала, что знает всё о достоинствах и недостатках Тео. Во время шестимесячного ухаживания и, последовавшей далее, помолвки они посещали танцы и вечеринки, устраивали прогулки верхом на лошадях и в каретах. Тео оставался неизменно обаятельным. Друзья предупреждали Кэтлин об известном нраве Рэвенелов, но она была так сильно увлечена женихом, что никого не слушала. Более того, ограничения, которые накладывало общества на ухаживания, встречи в сопровождении компаньонки и редкие выходы в свет, не дали ей в полной мере распознать истинную натуру Тео. Слишком поздно Кэтлин открыла для себя важную истину – человека невозможно узнать по-настоящему, пока не поживёшь с ним какое-то время.

– Расскажите мне о его сёстрах, – спросил Девон. – Их же трое, насколько я помню. Все незамужние?

Старшей дочери Рэвенелов, Хелен, было двадцать один. Близнецам, Кассандре и Пандоре, по девятнадцать. Ни Тео, ни его отец не позаботились о том, чтобы включить девочек в завещание. Для молодой женщины, в чьих жилах текла голубая кровь, но за душой не было ни гроша, найти подходящего жениха представлялось нелёгкой задачей. И новый граф не имел никаких официальных обязательств, чтобы обеспечить их приданым.

– Кто-нибудь из них выходил в общество?

Кэтлин покачала головой.

– Они пребывали в постоянном трауре последние четыре года. Первой ушла их мать, затем граф. В этом году они должны были выйти в свет, но…

Девон остановился около цветочной клумбы, принуждая Кэтлин встать рядом с ним.