Бесправыш. Предземье

Есть, кому забрать ваши вещи?

— Старшина, мою долю отдайте Китару, — засовывая свободную руку за пазуху, крикнул Айк Брону. — Держи, — бросил он мне извлечённый из кармана кошель. — Потом всё поделим.

— Старшина, наши доли отдайте Хобе и Браву, — в свою очередь выкрикнул я. — Парни, вещи Айка тоже возьмите. Я потом заберу всё.

И, повернувшись к сыскарю:"

"— Можно с вами? Я тоже там был, когда Санос… Вы же меня помните, сударь? Я как раз из Подгнилья.

— Я всё и всегда помню, молодой человек, — наградил меня ледяным взглядом сыскарь. — Пойдёмте. Послушаем вашу версию тоже. Собирался свидетелей пригласить после, но ладно.

— Мы тоже там были, — пробасил Хоба.

— Мы тоже свидетели, — поддержал брата Брав. — И Линг ещё с нами был. Деревенский сам виноват.

— Я знаю, кто там был, — скривился сыскарь. — Если понадобитесь, вас пригласят. Доброго дня, судари.

Сыскарь отвернулся и жестом пригласил дружинников следовать за собой.

— Постойте! Парень со мной на контракте. Я могу быть полезен?

Подскочивший Брон, как бы невзначай зацепив меня боком, положил руку Айку на плечо.

— Пока нет, уважаемый, — обернувшись, бросил сыскарь. — Доброго дня.

Брон, удовлетворённо кивнув, поспешил назад к трапу, по которому продолжили спускаться охотники, а я потрусил вслед за двинувшимися быстрым шагом с причала дружинниками. Йоков Санос! Даже после смерти продолжает мне подлянки подкладывать.

В пути Айк было попробовал пристать к служителю порядка с расспросами, но тот попросил потерпеть, и дорога до терема Ярла прошла в полном молчании.

Крепость в крепости — такова была моя первая мысль, когда я увидел жилище правителя Муна вблизи. Каменные стены, высокие башни, огромные ворота. Напоминает форт, в котором мы пережидали бурю, но размеры, конечно, другие. Таких деревень, как Подгнилье, штук шесть сюда влезет. Возле входа охрана. Люди так и снуют туда-сюда — конные, пешие, в форме, в обычной одежде. Перед нами повозка, гружённая бочками, пропускала такую же с ящиками, выезжающую ей навстречу. Суета — одним словом.

На воротах нам вопросов не задали, но меня попросили оставить оружие. Огромный внутренний двор, длинное трёхэтажное здание слева от самого терема, одна дверь, коридор, лестница, другой коридор, ещё дверь — и вот мы на месте. В комнате сыскаря, которую он назвал кабинетом: большой стол, за ним кресло, перед ним два попроще, несколько шкафов, пяток стульев вдоль стен и широкое окно без решёток, какие идут по всему первому этажу.

Двое дружинников остались снаружи, двое вошли вместе с нами. Сыскарь сел в своё кресло, раскрыл лежащую на столе книгу в толстом кожаном переплёте, взял в руку железное, с белой костяной ручкой перо.

— Присаживайтесь, молодые люди.

Мы с Айком сели к столу, дружинники заняли стулья подальше.