Между Ангелом и Бесом

Обидел своим таким отношением и я от злости наврала…

Макс замирает, сжимая и разжимая кулаки, рыча и подаваясь вперед. Он закатывает глаза, скалясь и выдавая неприличную брань. Даже искушенная в таких делах, зеленею от страха. Я впиваюсь пальцами в дерево стула, прикусывая нижнюю губу. Действительно, получилось некрасиво.

— Если хочешь, чтобы тебя воспринимали, как взрослую. Веди себя соответствующе. — говорит все же, шумно выдыхая и распрямляясь.

— Если хочешь, чтобы я не дурила, расскажи мне правду. Например, о том, что ты мне на самом деле не какой ни брат, о том, почему тебя и меня называют все Гроссерия. Мне бы хотелось услышать это все от тебя, а не от Левона, который в отличие от всех остальных уважает меня и считается с моими чувствами.

Макс садится на кровать, напротив меня, облокачиваясь к стене, подложив под спину подушки. Врач категорически запретил ему ходить, но разве его остановишь?

— Гроссерия — настоящая твоя фамилию. — говорит он, глядя мне прямо в глаза. Первая крупица правды. У меня даже спирает дыхание. — Ты дочь Луки и Алисы Гроссерия. Когда твоя мама забеременела, твой папа отправил нас в Монако, чтобы наслаждались теплом и безопасностью. Так как фамилия достаточно известна в определенных кругах — было принято решение изменить ее. Никто не должен был знать — чья ты дочь. Так появилась фамилия — Росси.

— Папа как-то связан с криминалом? Поэтому мы иммигрировали из России и вокруг столько охраны? Кто все эти люди, преследующие нас? Защищаясь от кого, родители приняли решение поменять фамилию?"

"— Все, что тебе нужно знать, что они все враги. Ты можешь доверять только мне, Каину, Кириллу, Майлзу и Алану. И, пожалуй, Левону. Ты должна быть осторожна. — просто отвечает Макс, закрывая глаза и потирая устала виски. — И давай постепенно, Аленёнок. Не все сразу. Ты спросила про фамилию, я ответил. Ты Алена Гроссерия, это твоё настоящее имя. Своё настоящее имя я уже и не вспомню… Оно стерлось из моей памяти. Иногда, я пытаюсь в ее недрах найти имя и фамилию, но не могу. Это было слишком давно… С кем-то другим.

Макс резко садится, я сразу замечаю боль в его синих глазах.

— Я был мальчишкой, ростом с табуретку, когда Лука подобрал меня. Я пытался его обворовать. В тот день я был очень голоден, не помню сколько не ел, убил бы за кусочек хлеба. Увидел очень солидного мужчину с торчащим бумажником из кармана, и подумал, почему мы бы и нет? Для него это явно не последние деньги. Лука поймал меня. Не знаю почему, но он решил меня усыновить. Ему нужно было не больше часа, чтобы принять это решение. Он стал моим отцом. Другого у меня нет. Другого я слабо помню. Моих родных родителей взорвали за несколько месяцев до нашего знакомства. Мой отец был военным, служил в Сирии, мы с мамой приехали его навестить.