Между Ангелом и Бесом

Лицо заостряется. Он отстраняется и сжимает ладони, прислушиваясь к посторонним звукам.

Отправляюсь за ним вниз, чтобы разобраться, что происходит. По гробовой тишине становится сразу же понятно, что ребят нет в доме. На улице Макс догоняет Каина и хватает его за шиворот, поднимая в воздух.

Я остаюсь на крыльце, садясь на ступеньки закуривая. За что он ее вообще любит?

Бесспорно Алёна очень красивая, но взбалмошная, капризная, действующая по воле случая и эмоций. Ребенок совсем, ей восемнадцать все, чего от нее ждать?

Такая, как она только будет подкидывать дров в его костёр, сводя Макса с ума еще больше. Ничего хорошего не получится. Такая любовь яркая в самом начале, и горькая в конце.

Глава 15

Алёна

Левон целует меня, прижимая к себе, подхватывая под ягодицы, поднимая в воздух.

Он очень напорист и уверен в себе. Его мастерство невозможно сравнить с теми робкими лобызаниями, которые у меня были с Жеромом. Теперь, познав сравнение, а за этот день я просто стала настоящей профессионалкой по поцелуям, я могу смело сказать — французы не умеют целоваться так горячо.

Левон был хорош. Но… Чёртово слово, состоящее из двух букв. «Но». Его прикосновения вызывали у меня только чувство неловкости, а поцелуй отвращение. Было неприятно, противно. Поцелуй был даже невыносим.

Моё тело отвергало его.

Я упираюсь руками о грудь Левона, чтобы остановить происходящее.

— Слушай…. — выдыхаю я, пытаясь прийти в себя. — Ты был прав…

— Какая идиллия. Глаз не нарадуется. — ледяной и спокойный голос Макса пронзает тело, вызывает крупную дрожь. Такой интонацией можно порезать. Как он вошёл так беззвучно?

Стоит в дверном проеме, прислоняясь к дверному косяку с каменным выражением лица. Такой чужой и холодный, в глазах осуждение и отвращение ко мне. Позади него мнётся Каин, показывая всем своим видом, что он предупреждал меня. Предатель. Спаситель недоделанный.

— Отпусти меня. — виновато шепчу Левону, но он лишь крепче удерживает меня, пытаясь разозлить Макса еще больше. Его пальцы сильно впираются в мои ягодицы. Понимая, что сейчас прольётся чья-то кровь, пытаюсь выбраться из тисков. В итоге только обтираюсь о крепкое тело, распаляя мужчину его больше, задевая бугор в трусах. — Я прошу тебя, Левон…

Макс даже не шевелится, молча наблюдая за моими слабыми трепыханиями и руками Левона стискивающими моё тело. Я покрываюсь красными пятнами под действием тяжёлого взгляда, пронизывающая меня насквозь. Со стороны мои попытки вырваться наружу выглядят неубедительно.

— Бес, выйди, пожалуйста. Ты разве не видишь, что мешаешь нам? — но Левона не остановить.