Бесноватый Цесаревич 2

Боюсь, что даже завещание и защита царской фамилии, не смогут отвратить ваших родственников и иных лиц от попыток оспорить право владения Наташи в суде.

В общем, я обрабатывал канцлера ещё часа два, как раз до ужина. В основном на предмет, что пора ему заняться здоровьем. Двухразовые прогулки, ограничение себя в жирной пищи с вином, питьё укрепляющих настоек от Блока теперь надолго войдут в жизнь этого нужного мне человека. Легче, конечно, его убить и состояние конфисковать, но даже будь я Императором, то поостерёгся бы от подобных шагов. Мне нужны частные и добровольные вложения в экономику страны. Чтобы такие люди стали примером для сомневающихся. А убить я его всегда успею, доброта и всепрощение, никогда не были отличительными чертами моего характера. Всё в руках канцлера, думаю, мы с ним договорились. Плюс гарантия неприкосновенности его любимой и поздней дочери, один из главных залогов крепости нашего союза.

В Тверь вместе с Безбородко вызвался ехать Фролов, который должен был помочь с выбором места под строительства и сборки разного рода вспомогательных механизмов, типа водяного колеса. К проекту я отнёсся весьма серьёзно, мне через год нужны армейские фуры, чем больше, тем лучше. Не сомневаюсь в талантах Данилова и то, что он уже наладил выпуск повозок в Сестрорецке. Но там должны были выпускать ещё несколько видов колёсной продукции. И вряд-ли до нашей бригады дойдёт что-то кроме артиллерийских передков. А так в Твери уже осенью начнётся выпуск и сборка фур, передков и прочей полезной техники. Материалы и прочие расходники уже начали завозить. Силантьев давно занялся формированием коллектива мастеров и рабочих. Этот энтузиаст получил долю акций и как сумасшедший взялся за дело. Небольшое денежное стимулирование, наложенное на желание мастера творить, сметает все преграды. Ещё надо учитывать, что в компаньонах у него канцлер с сыном Императора, по нынешним временам это небывалый престиж.

Следующего гостя, который просился ко мне на встречу, я ожидал увидеть даже меньше канцлера. Видать разведка работала не только у меня. Но такое бесцеремонное вторжение свойственно только этой нации, в это время уж точно. С другой стороны, я сам сторонник делового подхода, так что нет причин для недовольства. Но сначала переспрашиваю Дугина.

-Кто, кто?

-Купец второй гильдии Перетц Абрам Израилевич[1], нижайше просит дозволения на аудиенцию.

Я чуть было не заржал поначалу. Ну, уж очень гротескно было слушать имя и отчество просителя. Если бы ещё фамилия у него была Абрамович или Рабинович, то я бы точно не удержался от смеха. С трудом сохранив серьёзное выражение лица, я некоторое время размышлял, потом дал указание Петру.