Бесноватый Цесаревич 3

Если вкратце, то я должен прекратить дальнейшее общение с полководцем и вообще Выборгский полк поступает под командование Римского-Корсакова. Жалко. Мне реально хотелось совершить тот знаменитый переход через Альпы. Вот такая у меня была, чуть ли не навязчивая идея. А сейчас и желание воевать пропало, но поздно давать задний ход."

"Фон Миллер к приказу Императора отнёсся спокойно. Если надо воевать в составе другой армии, значит, будем. Полковник самостоятельно связался с Горчаковым[1], как наиболее авторитетным генералом формируемого корпуса, который пока был только на бумаге. Вот тоже недостаток наличия нормального Генштаба, который бы объяснил монарху-самодуру, что нельзя распылять свои силы. Если уж я со своими скромными познаниями военного дела это понимаю, то почему молчат генералы?

Сам командующим корпусом на зимние квартиры ещё не прибыл, но вроде был на подходе. Вообще, сама кампания начинается глупо с военной точки зрения. Мало того что мы зачем-то разделили свои силы, так ещё и сформировали корпус из совершенно разных частей, расположенных далеко друг от друга. Некоторые полки, как наш Выборгский, не имеют опыта боевых действий. О какой-то слаженности или взаимодействии речи тоже не идёт. Артиллерия застряла где-то в Белоруссии, с кавалерией вообще ничего не ясно. Но это цветочки, ягодки начнутся, когда мы выдвинемся в путь. Это сколько времени разрозненные части будут собираться в каком-то конкретном месте? До меня уже начали доходить слухи, что начались перебои с продовольствием и тёплым обмундированием. А ведь это было ещё до начала марша в Европу. Чего ожидать в дороге, даже думать не хотелось.

Ближе к Новому Году я получил два развёрнутых отчёта от Астафьева и Волкова. В принципе оба моих соратника прислали положительные новости. Торговля развивалась, поставили на поток товары для путешественников, половину из которых сразу отправляли Лебедеву-Латочкину. КБ обрадовал тем, что в ближайшие месяцы удастся изготовить горелку, наподобие примуса. Она, конечно, будет массивнее и со своими детскими болезнями, но время для испытаний есть. Спокойно доведём до ума и запустим в массовое производство. В общем, за коммерческую часть и продвижение разного рода новинок можно не беспокоиться. Даже если я завтра исчезну, то эту лавину развития артелей и промышленности уже не остановить. Понятно, что без моего послезнания прогресс замедлится, но изменения необратимы. Осознание этого факта принесло мне наибольшее удовлетворение. Значит, не зря метался и крутился как белка в колесе.