Бескрайний архипелаг. Книга III

— А наших едва ли не в двадцать раз больше полегло! — надавил я на собеседника. — Насколько понимаю, вас здесь приютили после того, как вы потеряли свои земли. Так почему же вы ведёте себя неуважительно?

Кайты то скалились, то испуганно переглядывались.

Мрук недовольно зарычал, но взгляда так и не поднял, продолжая смотреть куда-то в сторону моих ног.

— Души братьев и сестёр кружат над нами, — тяжело выдохнув, лидер кайтов поднял взгляд к небу. — Вы их не видите, а мы видим, да! Каждый живой брат должен танцевать до утра, как в последний раз. Сёстры должны наполнять стаканы огненным соком до утра, да. Тогда души будут нами довольны и поведают предкам в великих чертогах миров о том, что новое поколение чтит путь.

По кивающим, как у послушных марионеток, лицам соплеменников Мрука я понял — он говорит правду. Кровь и традиции. Здесь замешаны обычаи, возможно, даже религия. В таком случае споры попросту бесполезны. Скорее кайты предпочтут умереть, чем прогнуться, если поставить вопрос ребром. Хотя по их дрожащим рукам и бегающим глазам видно, что жить они очень даже хотят.

Я глянул на Бенджамина. Его лицо было задумчивым и слегка напряжённым. Набрал побольше воздуха в лёгкие, да так, чтобы все на этой площади услышали каждое слово.

— Товарищи! Уверен, что вы даже не подозреваете, какая бездна разверзлась перед нами. У жуков есть покровитель. Один из могущественных пиратских королей не просто финансирует их, но делится высокоуровневыми технологиями.

Я видел, как расширились их глаза. Хорошо. Пусть прочувствуют весь ужас ситуации.

— Флот, который мы сегодня уничтожили, — не более чем разведка. Шестой из десятков! Их цель — не просто покорить новоприбывших. Они хотят уничтожить нас и завоевать весь ближайший сектор. Это полномасштабное вторжение, а не чёртова случайность!

Навык «Харизма» повышен до 15 уровня.

Вот и стал я политиканом. Сменить фокус людей с одной проблемы на другую. Их излюбленный метод. Грязный, но эффективный. В этом случае мне такая модель поведения показалась не просто уместной — она была единственным способом предотвратить конфликт.

Эффект был ошеломительным. Что говорить… даже Ронары и сам Бенджамин языки проглотили. Площадь погрузилась в мёртвую тишину. Только ветер свистел между зданий.

— Так что каждый боец на счету, — продолжил я. — Даже если он бедокур, пьяница или просто трус. Нам всем придётся выбирать: либо мы найдём компромисс и станем едиными, либо нас сожрут живьём.

Сделал паузу, давая словам впиться в их сознание.

— Пусть кайты следуют своим традициям где-то за городом, подальше от глаз. Дабы не смущать людей и не тратить драгоценное время на споры. Но завтра… — голос мой стал холодным, как космическая пустота, — завтра каждый должен отдаться общему делу.