Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание

После инструктажа выяснилось, что на заводе шаттлов нет зарядного устройства для элементов питания арктического снаряжения, и Майку пришлось ещё два часа крутить рукоять ручного зарядника, любезно предоставленного кем-то из офицеров охраны. Майк зарядил для себя основной и запасной комплекты аккумуляторов и только после этого смог отправиться спать. Специально для него в самом отопленном углу цеха разложили спальный мешок, в нем было достаточно тепло, и перед сном Майк ещё раз прочитал письмо Лив.

Ночью неожиданно началась пурга, на улице резко похолодало, температура в цехе понизилась, и Майк трижды просыпался от того, что замёрз. Нормально выспаться не получилось, да ещё из-за пурги пилоты отложили вылет. Взлететь удалось только в полдень, воспользовавшись коротким погодным затишьем, и Майк попытался заснуть, после того как тяжелый пресс стартовых перегрузок перестал давить на грудь. Некоторое время он сидел с закрытыми глазами, потом незаметно провалился в сон и вдруг оказался в трюме трясущегося челнока рядом со спящим Джеймсом. Вспыхнувший на потолке неярким желтым светом индикатор болезненно ослепил глаза в кромешной тьме, и Майк панически заверещал, расталкивая старика:

– Джеймс! Джеймс! Что это?! Что-то сломалось, мы падаем!!!

– А? Что?!! – Джеймс дернулся и ударился затянутой в капюшон головой о ящик с грузом. – Где?! Ах, это! Это сигнал о снижении. Мы идём на посадку, нам стоит держаться крепче, чтобы…"

"Внезапно челнок забило крупной дрожью, раздался громкий скрежет, переходящий в хруст рвущегося металла, машина дернулась, словно от удара, и всё вокруг завертелось в неотвратимо приближающемся падении… Майк заорал, просыпаясь и подскакивая на кресле, чем посеял панику среди волонтёров, и несколько минут офицеры охраны успокаивали людей, убеждая, что всё в порядке и им ничто не грозит. Оставшееся время полёта Майк не сомкнул глаз, вцепившись в подлокотники кресла, и вздрагивал от каждого шума и закладывающего уши перепада давления. Из-за нервозного состояния он чуть не принял фазу снижения за падение и запаниковал ещё больше, изо всех сил пытаясь удержать себя в руках. В висках гулко стучал пульс, в голове шумело, и где-то на самых задворках находящегося в пограничном состоянии сознания звучал тихий шепот Переса:

«Не скули, трус. Ты долетишь. Я вижу посадочную полосу, она выглядит подходящей…»

– Переходим в горизонтальный полёт! – раздался в динамиках доклад капитана шаттла, и звук работающих двигателей изменился на менее надрывный, но более гулкий. – Мы внутри Сибирского разлома, пятьсот ярдов ниже уровня мирового ледника! Двигаемся на север согласно плану, к лесистой местности. Снижаемся до высоты в тысячу ярдов. Ведём наблюдение.