Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание

– Остановите её! – орал Майк, лихорадочно мечась взглядом между Святогором и Оделией.

– Она уже стоит, человече! – вздохнул варвар. – Али тебе молотком очи повредило?

– Она людоед! Её необходимо остановить! – бушевал Майк. – Остановить навсегда!

– Что ж я теперь, всю жизнь возле неё стоять должен и следить, чтоб с места не сходила? – удивился косматый головорез. – Человече, тебе, вижу я, крепко по голове досталось!

– Остановить – это значит убить! – не выдержал Майк. – Вы понимаете?! Я цивилизованный человек, а цивилизованные люди дипломатичны и не используют непозитивную экспрессивную лексику! Это элементарная культура речи!

– Остановить – это значит заставить перестать двигаться, – варвар брезгливо посмотрел на Майка. – А убить – это означает лишить жизни. Понятия подменяет тот, кто подл, двуличен и труслив и от ответственности за деяния свои уйти желает. Хочешь казаться чище, чем ты есть, цивилизованный человек? – Головорез поморщился. – Остановить я её остановил, вот она, столбом стоит, не шелохнется. А коли убить её желаешь, так сам и убивай. Как-нибудь цивильно и культурно, без непозитивной лексики. – Варвар сложил на груди мощные руки. – А я погляжу на тебя, поучусь.

– Что?! – Майк опешил. – Почему я?!

– А почему я? – невозмутимо парировал головорез.

– Она же хотела вас убить! – воскликнул Майк. – Убить и съесть!

– А почём я знаю? – нарочито задумчиво нахмурился варвар. – На меня она не нападала, а своего обидчика я сразил. Это тебя она хотела убить, вот ты и воздай ей по заслугам. А я тут ни при чём.

Майк ошарашенно смотрел то на косматого головореза, то на сжавшуюся от ужаса Оделию. Её необходимо остановить, она чуть не убила его! Но почему делать это должен он, он же не грязный палач, он будущий герой Новой Америки! Избранные не должны выполнять грязную работу, для этого существуют другие! Однако русский шпион явно не собирался ничего делать вообще, только стоял и с нескрываемым интересом таращился на представшую перед ним картину. Эту подлую стерву нельзя просто так взять и отпустить! Если Майк её остановит, это будет проявлением героизма! Он спасет чью-то жизнь, возможно, не одну! Да, именно так! Воодушевленный этой мыслью, Майк наклонился и подобрал револьвер Оделии. От наклона голову прошибло тупой болью, и он чуть не упал, опираясь о пол. Подлая стерва! Вспышка боли вызвала в нем приступ злобы, он выпрямился и решительно направил на неё оружие.

– Нет… – зашептала Оделия, обливаясь слезами. – Майк… умоляю тебя… не убивай меня… – девушка смотрела на него исполненными тоски глазами.