Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание

Воронка медленно плыла параллельным курсом, сопровождаемая океаном бурлящего в воздухе снега, с запредельной скоростью несущимся по бесконечному ледяному простору. Там, позади, на той стороне разлома, откуда они рухнули в долину гейзеров вчера ночью, безраздельно властвовал хаос, размалывающий в пыль ледяные скалы. Если Воронка изменит курс в нашу сторону хотя бы на несколько градусов… Майк бросился к буеру и изо всех сил уперся в него, вкладывая в толчок всё, на что только был способен.

– Наваливаемся одновременно! – донесся крик варвара. – Раз-два, взяли! Ещё! Взяли!

Майк хрипел от напряжения, трещали мышцы, хрустели суставы, дыхания не хватало, но он толкал, как проклятый, спиной ощущая приближение Воронки. От перенагрузки он едва не потерял сознание и не сразу понял, что почти не дотягивается до буера, увязнув в снежном склоне по грудь. Сани короткими рывками переваливали через край поверхности, раз за разом выползая на ледник. Очередной удар воздушного потока довершил дело, и буер оказался наверху, обдавая оставшегося под обрывом Майка снежными брызгами. Сани поползли вперед, подгоняемые ветром, и скрылись из вида. На мгновение его охватил ужас. А если варвар сейчас сядет в буер и попросту бросит Майка здесь одного?! Чтобы не рисковать попасть под Воронку! А у него уже не хватит сил преодолеть эти четыре ярда самостоятельно! Майк ринулся вверх по санному следу, но под ревущим ветром снег осыпался под весом его тела. Он что-то кричал, чувствуя, как внутри арктического снаряжения падает температура микроклимата и по телу бежит пока ещё мелкая дрожь.

– Куда?! – утопающая в глубине мехового капюшона голова варвара нависла над обрывом, почти незаметная в нарастающем снежном ветре. – Мешки подавай! Без припасов сгинем! Вяжи, я вытяну!

Головорез сбросил ему веревку, и Майк сполз к занесенным снегом тюкам. Он торопливо просовывал трос в ременные петли, увязывая всё в одну большую сцепку. Ничего, варвар вытянет, здоровья хватит! Пока он будет тянуть, Майк вскарабкается на поверхность и залезет в буер! Он не позволит дикарю бросить его здесь, не на того напали! Мешки подавай! Ага! Майк подаст мешки, тупой жлоб их вытянет, а Майка оставит тут, на краю пропасти?! Не выйдет!"

"Едва был завязан последний узел, Майк дважды дернул за трос, подавая сигнал, и пополз к подъему. Передвигаться на животе было тяжело, в лицо била жестокая позёмка, скорость движения минимальна, зато снежный склон не проседает под телом. Ему удалось доползти до края обрыва, но сама кромка оказалась спрессованной до ледяного состояния, и руки соскальзывали с неё, не в силах ухватиться. Майк судорожно греб руками и ногами, стремясь заползти на поверхность, но только разрывал под собою снег, оказываясь всё ниже.