Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание

Дикари погасили костры, тщательно упаковали в мешки недогоревшие дрова, после чего вытоптали в снегу подобие берлог и улеглись в них, укрывшись шкурами. Хозяин медведя вместе со своей тварью и вовсе целиком зарылся в снег, и даже Майку вытоптали яму со шкурой.

– Ложись и укройся, я окликну тебя! – велел громила-напарник. – Вороги следят за нами, и всё должно выглядеть так, будто мы желаем переждать пургу здесь. Только не усни, человече, лежать придется недолго, а после времени будет мало.

Он улегся в ямку поодаль, и Майк послушно последовал его примеру. Кто там будет за ними следить с такого расстояния, да ещё когда надвигается буря?! Бред! Но спорить с параноиком глупо, тем более если таковых почти два десятка и все они увешаны колюще-режущими предметами. Майк накрылся выданной ему шкурой и понял, что, потеряв из вида дикарей, начинает нервничать ещё сильнее. Они же не бросят его здесь? И его не заметет снегом так, что он не сможет выбраться и задохнется под снежной толщей от нехватки кислорода?! Косматый громила сказал, что лежать придется недолго, но если у варваров «недолго» тоже в полтора раза больше, чем у нормальных людей, то…

Ударившая вьюга выбила из его головы мысли, оставив только стремительно возрастающий страх. Вокруг потемнело, завывал ветер, забрасывая Майка волнами снежного крошева, термометр показал падение температуры до минус пятидесяти восьми, видимость пропала практически полностью, из-под потяжелевшей от снега шкуры не было видно ничего, кроме беснующегося снежного потока. В памяти вспыхнуло жуткое воспоминание: зловещий Шёпот, собирающаяся над головой Воронка, жестокий удар стихии, боль, негнущиеся руки, тщетно пытающиеся тянуть по канату одеревеневшее от запредельного Холода тело, и снова боль, тупая и ледяная, в каждой клетке замерзающего организма, и непроглядная снежная пелена вокруг, хаотично бурлящая тоннами снежинок под свист завывающего урагана… Внезапно Майк понял, что если потеряет дикарей из вида, то не сможет ориентироваться в этом бесконечном снежном месиве и заблудится, а это верная смерть. Но ведь он совсем ничего не слышит, через толстый капюшон пробивается лишь завывание ветра… А вдруг варвары уже звали его, но он не услышал?!! А вдруг они не найдут его под снегом и бросят здесь одного, посреди урагана, на растерзание крадущимся сквозь снежную мглу врагам?!!"

"Майка охватил страх, и он вырвался из-под заваленной снегом шкуры. Он вскочил, выбираясь из своей ямы, но сильный порыв ветра сбил его с ног, опрокидывая наземь. Майк судорожным движением перевернулся на живот и поднялся на четвереньки, озираясь вокруг.