Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание

«Чарли-2», я тебя вижу, но на башне пусто, только крови полно! Где медведь?

– Спрыгнул вниз секунду назад! Я не вижу, куда он делся! У меня поврежден передний перископ!"

"Вскоре пурга ударила с такой силой, что в перископ стало невозможно разглядеть вообще ничего. Майк отпрянул от него и откинулся на жесткую спинку сиденья, вновь закашлявшись. Инженер Мартинес хотел было ему что-то сказать, но в этот момент механик-водитель бронетранспортера увеличил обороты двигателя вдвое, и бывалые полярники, не сговариваясь, одновременно посмотрели на вшитые в снаряжение термометры.

– Сколько? – Мартинес обернулся к сидящему рядом человеку. – У меня термометр разбит.

– Сорок один, – ответил тот. – Только какая разница? Мы же внутри. А вот сколько сейчас там, снаружи, под ветром… – Он прислушался к работе мотора: – Вроде пока тянет. – Полярник нащупал под подбородком маску и натянул её на лицо.

– Что происходит? – Майк увидел, как остальные полярники делают то же самое, и поспешил надеть лицевую маску, торопливо соображая, стоит ли надевать очки.

– Пока ничего, – успокоил его инженер. – Но подстраховаться не помешает. При понижении температуры ниже минус шестидесяти градусов топливо начинает густеть, и двигатели глохнут. Поэтому вся наша техника на электрическом ходу. Но у танков и боевых машин, – он кивнул на бронированный борт, – движки дизельные. Ты разве не заметил, Батлер? Они, как шаттлы, боятся сильного мороза. Ты можешь не надевать очки, мы пока еще не заглохли…

В ту же секунду бронетранспортер резким рывком завалился набок, проваливаясь в снег правой стороной, и сидящих внутри бросило друг на друга. Что-то сильно ударило в борт машины, и накренившийся транспорт вздрогнул, зарываясь ещё глубже.

– Они под нами!!! – заорал Мартинес, пытаясь выбраться из-под навалившихся сверху людей. – Под снегом! Надо уезжать! Уезжать!!! Немедленно!!!

Механик-водитель бронетранспортера услышал его крик, и мощные вентиляторы взвыли под днищем машины, нагнетая воздушную подушку. Но крен оказался слишком велик, бронетранспортер задергался, не в силах справиться с утечкой воздуха, и провернулся на боку вокруг своей оси, ввинчиваясь в снег. Мощный порыв ветра ударил в накренившуюся крышу, выводя машину из неустойчивого равновесия, и бронетранспортер вновь оказался в горизонтальном положении. Машина вздрогнула, поднимаясь на воздушную подушку, и рванулась с места сквозь бурлящее вокруг, непроглядное снежное месиво. В следующую секунду мчащийся в полной слепоте броневик на полной скорости врезался в какое-то препятствие, и инерция швырнула его пассажиров на переднюю переборку.