Бесконечность любви, бесконечность печали.

- Привет! Помочь? - предложил ему оказавшийся рядом Лады­шев и, не дожидаясь ответа, подхватил один из чемоданов.

- Вадим Сергеевич! Здрасте! Вы тоже летите? Спасибо!.. Маши­на по дороге сломалась, едва не опоздали. Кира злится... - донес­лось до поспешившего за ними Потюни.

«Не судьба... - попав внутрь здания, проводил он взглядом муж­чин, торопящихся к стойке регистрации, и снова вышел на воздух.

- Ну где же Катя?» - уже занервничал Веня, рассматривая машины у бордюра.

Старый советский, с позволения сказать, автомобиль стоял с открытым капотом, изнутри валил пар, рядом суетились рас­терянные мужчина и женщина и на всех парусах к ним спешили представители органов правопорядка.

- ...продолжается регистрация на рейс №... Минск-Ганновер, - проинформировал динамик.

«Наконец-то!» - издалека заметил Веня знакомый БМВ и поспе­шил навстречу...

Вадим дотащил чемодан до стойки, кивнул изменившейся в лице Кире, пожал руку Артему и удалился на спецконтроль. Об­щаться не хотелось, да и им, едва не опоздавшим на регистрацию, не до разговоров.

Ладышев прибыл в аэропорт задолго до отлета, чтобы оставить машину на охраняемой стоянке. Заехал почти сразу, но пришлось немного покружить в поисках свободного места. Подходить к стойке регистрации нужды не было, так как он зарегистрировался на рейс заблаговременно по Интернету, багаж тоже отсутствовал

- необходимые в поездке мелочи уместились в чемодан ручной клади. Летит он всего на день, от силы на два.

В Чехию Вадим летел на встречу с Автуховичем. Расчет Поля­ченко, что, возможно, получится его отыскать через дочь, оказался верным: ровно через неделю она указала на своей странице новое место жительства - Брно, что подтвердила фотографиями. И тогда Клюев ради друга сделал то, чего категорически не воспринимал,

- зарегистрировался в социальной сети.

Списавшись с девушкой, он попросил электронный адрес отца и отправил ему для начала короткое послание: как он там, на но­вом месте? Автухович ответил так же сдержанно: работает, все нормально. Чтобы расположить бывшего одноклассника к откро­венности, Саня послал ему еще одно пространное письмо-воспо­минание с приятными подробностями школьной жизни и юности. И лишь в конце изложил суть дела: он ищет сына друга, которого Автухович когда-то оперировал.

Ответ Леонида Борисовича не заставил себя ждать и был су­хим, коротким, довольно резким по тону: ему, конечно, приятны школьные воспоминания, но, исходя из соображений медицин­ской этики, он не имеет права разглашать сведения о своих паци­ентах и при всем уважении к Клюеву просит его больше не обра­щаться с подобными вопросами."

"Саня, показав ответ Вадиму, только развел руками: все, что смог! Он же предупреждал: Автухович - человек замкнутый и такую просьбу вряд ли исполнит.