Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

Зато рано утром объявился у дверей квартиры, попросил впустить и, не перебивая, выслушать.

Первое. Он чувствует свою вину в том, что фонд отказал в финансировании. Узнал об этом перед Новым годом, но до последнего надеялся, что что-то изменится. Он даже лично встречался с учредителями! Но, увы, отказали. Всему виной повалившие в Европу мигранты, помогать которым фонд обязали власти.

Второе. Ради спасения Марты Катя должна выйти за него замуж. Девочка ему и так как родная. Надо срочно собирать бумаги, оформлять отношения и заниматься ее удочерением. Юным гражданам Германии подобные операции делают бесплатно.

Третье и главное. Брак, который он ей предлагает, отнюдь не фиктивный. Он знает, что Катя его не любит, но сделает все, чтобы с годами чувства ее изменились. И хочет создать настоящую семью, в которой появятся еще дети.

Можно сказать, это его условия.

Разговор, а говорил в основном Генрих, вышел по-деловому короткий: он спешит на работу, ей требуется время на обдумывание. Когда у нее будет готов ответ — пусть позвонит, и они обсудят дальнейшие детали. С этими словами Вессенберг попрощался и не давал о себе знать больше месяца. Ровно столько Кате понадобилось, чтобы признать: другого выхода нет.

Денег тоже не было. Кредит ей не оформляли, одолжить ни у кого не удалось. В том числе и у Роберта, бизнес которого и строился на кредитах, а прибыль пускалась в оборот. Кроме того, все родные, исключая Оксану, уговаривали ее принять предложение Генриха. Случилось еще одно событие, которое окончательно развеяло теплящуюся в душе надежду, что можно и нужно поступить иначе: забыть обиды, набраться смелости и попросить помощи у Вадима. Марта — его дочь, это можно легко доказать, сделав тест ДНК. А если учесть и внешнее сходство…

Не может быть, чтобы его сердце не дрогнуло! Одно дело — разговор с Александром Ильичом четыре года назад, когда девочка еще не родилась, и совсем другое, когда достоверно знаешь, что ты — отец, когда смотришь в глаза ребенку, так похожему на тебя в детстве. Ведь Катя не единожды листала семейные альбомы Ладышевых и хорошо помнила, каким был Вадим!

Словно уговаривая себя, она все чаще заходила на страницу Ладышева в фэйсбук, просматривала практически чистый профиль, узнавала общих друзей, а однажды ночью решилась: написала письмо-исповедь, начиная с первого дня беременности. Что чувствовала, почему не призналась раньше, просила прощения. Закончив длинное-предлинное письмо, она поискала в почте адрес Вадима, но, странное дело, не нашла: не было его ни в отправленных письмах, ни в полученных, ни в папке с черновиками. Не выдавал и поисковик. Озадаченная, она решила продолжить поиски утром. В крайнем случае попросит Веню найти адрес.