Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

Хорошо хоть мама уже встала, не пришлось топать вниз, смотреть, кто там. Услышав, как она вернулась в дом — своеобразный сигнал, что все в порядке, — Вадим смежил веки и снова попытался уснуть. Почти получилось, как вдруг… снизу раздалось заливистое щенячье тявканье!

Не поверив собственным ушам, он оторвал голову от подушки, прислушался: вроде тихо. Значит, приснилось. Но стоило снова закрыть глаза, как тявканье повторилось. Однозначно щенок! В телевизоре, что ли? Вряд ли. Мама никогда не включит его на полную громкость, если он спит.

Набросив халат, он приоткрыл дверь и тут же услышал негромкий голос матери: кого-то отчитывает? Озадаченный, Вадим стал спускаться вниз, уже дошел до последней ступеньки, как прямо ему под ноги с громким тявканьем бросился серый лохматый комок! От неожиданности он едва не подпрыгнул!

— Мама, это кто?!

— Разбудил-таки! Ах, ты негодник! — поспешила к щенку мать, погрозила ему пальцем, на что серый комок, радостно тявкая, стал наворачивать круги по первому этажу со всей доступной его возрасту скоростью.

— Ну прямо Кельвин! — не удержался от улыбки хозяин дома, присел на ступеньку, протянул руку. Щенок отреагировал на нее по-своему, продолжая тявкать, то бросался к ладони, то отпрыгивал. — Откуда он здесь?

— А вот это я у тебя хотела спросить, — Нина Георгиевна подошла к сыну, улыбнулась. Невероятно, но с тех пор как похоронили ее любимца, впервые ее лицо светилось радостью. — Позвонил мужчина, передал за воротами вот это чудо, вручил пакет документов, пакетик с кормом, сказал, что ты сам мне всё объяснишь, сел в машину и уехал. Да, еще наши корзины привез. А мы их вчера обыскались с Галей, весь подвал перерыли.

— И что за мужчина? — попытался сообразить Вадим.

— Мы познакомились с ним в ветклинике. Он был с овчаркой, похожей на нашу Геру.

Вадим напряг память… Гера, ветклиника…

«Отец Кати! — вспомнил он. — Так вот оно что! Две недели назад в воскресенье утром мы договаривались ехать смотреть щенка! Я улетел в Токио… Совершенно вылетело из головы! А она, выходит, не забыла…»

Вадим снова протянул руку к щенку, пытаясь погладить, — снова безрезультатно: то же игривое тявканье, прыжки…

— Мячик какой-нибудь есть?

С первых до последних дней любимой забавой Кельвина был мячик.

— В пакете с кормом, — Нина Георгиевна обвела взглядом кухню, перешла в гостиную. — Под камин закатился… Сейчас достану. — Стоило ей согнуться, как маленький серый комок юркнул у нее между ног, скрылся в наполовину пустой дровнице и через секунду выскочил обратно с мячиком в зубах. — Ах ты, маленький паршивец! Ну точно Кельвин-второй! — воскликнула Нина Георгиевна.

— Как ты его назвала? — Вадим решил, что ослышался."

"— Кельвин-второй, как в паспорте написано, — удивилась вопросу женщина.