Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

Но решать все равно придется тебе самой.

— Понимаю… А что, Ладышев вам совсем не помогает? Только не отнекивайся, что он — отец Марты. Я и раньше догадывалась. Убедилась, как только ее увидела. Неужели ты в нем так ошиблась?

— Нет, — Катя опустила голову. — Ни на грамм не ошиблась… Но я очень перед ним виновата.

— Как это? — не поняла Ленка. — Здесь скорее он виноват.

— Он до сих пор не знает, что Марта — его дочь. Ладно, слушай…

…Подъехав на такси к дому на Сторожевке, Валерия отыскала в сумке ключи от «Тойоты», попросила водителя высадить ее на площадке перед новым высоким домом, перегнала машину ближе к подъезду, зашла в лифт.

На лестничной площадке перед входом в тамбур ее ждал участковый. Удостоверившись, что она и есть Галецкая, он попросил открыть тамбур, снял с двери квартиры наклейку с печатями и зашел внутрь.

Валерия застыла на пороге. Входить в слабоосвещенное помещение прихожей было страшно. Казалось, сделай она шаг — сразу попадет в пережитый кошмар: Грэм с напарником, Максим…"

"За спиной заработал лифт, остановился на площадке, с металлическим шумом открылись двери, послышались шаги. Валерия вздрогнула: встречаться с кем-то из соседей желания не было. Пришлось пересилить страх и зайти в квартиру.

— Всё в порядке. Вот, распишитесь, — участковый протянул распечатанный на принтере лист бумаги и ткнул пальцем в пустую графу: — Здесь.

Не вникая, Лера поставила подпись. Участковый спрятал бумагу в папку.

— Сочувствую… Звоните, если что. Вот вам моя визитка.

Лера механически закрыла за ним дверь, даже не глянув, положила визитку на тумбочку, повернулась лицом к комнатам. Через открытые двери был виден царивший там хаос: мебель сдвинута со своих мест, все перевернуто, разбросано… Пустые вешалки, наваленные на диван одежда, обувь, перевернутая шкатулка для рукоделия на полу… В спальне та же картина: содержимое полок бесформенной грудой высилось на кровати, выдвинутые ящики, оборванная штора. Пол в кухне засыпан осколками стекла, на столе беспорядочная гора банок и упаковок, из которых просыпалась крупа…

И все же самое жуткое ждало ее в глубине гостиной: пятна запекшейся крови на паркете, следы ботинок, разнесшие и размазавшие бурые пятна почти до входной двери…

Валерии стало дурно. Цепляясь за стены, она кое-как добралась до санузла, ощутив позыв рвоты, упала на колени перед унитазом… Спазм за спазмом сдавливал горло, заставляя откашливаться, что-то текло через нос, смешиваясь со слезами. Вконец обессилев, она отползла от унитаза, прислонилась спиной к стене и вдруг поняла, что хочет уснуть — вернуться в спокойное и безоблачное состояние, в котором провела в больнице больше суток.