Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

Почему так люто ненавидят собак, никто из них внятно объяснить не смог. Мол, заигрались. После поступления искали повод для веселья, наткнулись в сарайчике на банку с крысиным ядом, кто-то вспомнил, что в детстве испугался собаки и давно хотел отомстить.

Нашли в интернете инструкцию, опробовали на беспризорной дворняге, которую подкармливали сердобольные соседи: бедную псину в дачном поселке больше не видели. Почувствовали себя вершителями собачьих судеб и решили продолжить. Как выяснилось, ни бабушка, владелица дачи, ни родители ребят, образованные, интеллигентные люди, не подозревали, чем занимаются отпрыски. А о купленном много лет назад крысином яде бабушка вообще забыла.

После того как догхантеров задержали, вызвали родителей — несовершеннолетние. Поначалу, шокированные поведением отпрысков, те извинялись, обещали провести воспитательную беседу, возместить моральный, а хозяевам дорогих пород и материальный ущерб. И «возместили»: утром накатали жалобу на участкового и «воинствующую банду молодчиков», напавших на их детей. Родительница задержанного на глазах у Ладышева парня даже приложила акт судебно-медицинской экспертизы о нанесении телесных повреждений — имелось в виду разбитое при падении колено.

Надо было что-то делать, а потому решили обратиться за помощью к Ладышеву как к уважаемому и состоятельному человеку, потерявшему питомца. Пришлось звонить юристам, искать толкового адвоката: учитывая активность родителей догхантеров, дело обещало стать непростым. Повезло: первый же из рекомендованных юристов согласился и тут же дал задание. До его приезда предстояло обойти всех хозяев отравленных животных, попросить их написать заявления (тех, кто этого еще не сделал), приложить документы из ветклиник. А еще выложить в сеть пост с фотографиями погибших питомцев, максимально распространить его в соцсетях, охватив историей о бесчеловечном обращении с животными как можно более широкую аудиторию: общественный резонанс в таких делах играет не последнюю роль. При этом адвокат строго предупредил: ни имен, ни фамилий, ни тем более фотографий несовершеннолетних в посте быть не должно!

К слову, все юридические расходы Ладышев пообещал взять на себя: обязывал моральный долг перед Кельвином.

Нина Георгиевна в разговоре не участвовала. Похоронив любимца, на обратном пути она словно впала в забытье: молчала, на вопросы отвечала невпопад. Вадим не представлял, как начинать с ней разговор о поездке в Москву. В свете последних событий — желательно сегодня же, в крайнем случае — завтра. И только самолетом: здесь проводили, там встретили. На этом, обследовав с рассветом участок, настаивал Поляченко.