Бесконечность

Никто даже не обратил внимания на разворачивающуюся драму.

Стоящий передо мной Дилан нажал на спусковой крючок. Пуля вылетела из затылка, обрызгав Диланов позади него кровью, осколками кости и мозговым веществом. Они никак не отреагировали на это, как ни в чем не бывало продолжая свой путь в одежде, забрызганной остатками головы другого человека. Сраженный горем Дилан рухнул на пол передо мной. Остальные шли прямо по нему, словно его и не было. На паркетном полу образовалась лужица крови, в которую наступали другие Диланы.

Я начал протискиваться сквозь толпу, стараясь выбраться отсюда. Мне требовалось выбраться на открытый воздух, но помещение заполнялось все новыми Диланами, усиливая чувство клаустрофобии. Я вынужден был прокладывать себе путь силой, расталкивая людей в стороны. Все остальные Диланы вокруг занимались тем же самым, судя по всему, не замечая присутствия других.

Об этом Ева также предупреждала меня. Первое столкновение с Многими мирами оказалось невыносимым.

Мне отчаянно захотелось сказать это слово: «Бесконечность». Произнести его вслух, и тогда этот хаос закончится. Я вернусь в свою версию реальности, где я только один. Однако в этой реальности Карли погибла, а меня разыскивают за убийство.

Тут я опустил взгляд.

Там, где четыре лестницы, ведущие вниз, встречались на площадке первого этажа, я увидел среди тысячи Диланов одного, стоящего совершенно неподвижно. Остальные обходили его стороной. Море двойников расступалось, освобождая ему место.

Этот Дилан был в куртке моего отца.

Никакого бесконечного числа убийц по имени Дилан Моран.

Всего один человек. Вот этот. Тот самый, который догадался, как сломать законы.

Никто не обратил на мои крики внимания. Дилан в кожаной куртке направился вниз по лестнице, и перед ним в толпе образовалась новая дорога. Я попытался бежать, последовать за ним, догнать его, однако я был заперт и не мог двинуться с места. Сплошная стена Диланов удерживала меня там, где я находился, никак не реагируя на мои крики расступиться и освободить мне дорогу. Перила, у которых я стоял, и лестница кишели моими двойниками. Я был прикован к своему месту. Моя копия в кожаной куртке скрылась из виду. Если я не доберусь до него прямо сейчас, он исчезнет, откроет дверь в другой мир, где я уже никогда не смогу его найти.

Поверх голов остальных Диланов я увидел двери музея. За стеклом ослепительно сияло солнце. Я не знал, выходят эти двери на Мичиган-авеню и скульптуры львов, охраняющих вход в музей, или куда-нибудь совершенно в другое место. Но они вели наружу. Двери были порталом, позволяющим покинуть сознание множества Диланов Моранов, и мои двойники бесконечной процессией один за другим выходили на улицу. Двери открывались. Двери закрывались.