Синдром бесконечной радости

Нет, она, конечно, видела фотографии, которые подруга иногда присылала, и даже успела нарисовать в голове какую-то картину, но даже самые смелые предположения оказались просто детской ерундой в сравнении с тем, что открылось ее взгляду за отъехавшей в сторону металлической створкой ворот.

Такси уже уехало, а Тина так и стояла, открыв рот и задрав голову, рассматривая огромный особняк из красного кирпича и темного стекла.

– Так и будешь там стоять? – Анна шла по дорожке к воротам, укутавшись в длинную белую шаль с красными цветами.

Тина потрясла головой, словно надеясь, что сказочное видение ее покинет, но особняк никуда не исчез, и подруга оказалась рядом, взяла за руку, так что сном это быть никак не могло.

– Офигеть… – выдохнула Тина, обнимая Анну. – Вот это да… я, конечно, подозревала, что ты не в хрущевке прозябаешь, но такое…"

"– Владлен строил так, чтобы было много места, воздуха. Здесь зимой очень трудно жить, если потолки низкие, – улыбнулась Анна, увлекая Тину за собой к дому. – Представь – почти все время ночь, морозы жуткие, если еще потолок давит – ну все… здешний климат не каждому по силам.

– Ну, сейчас-то здесь вполне…

– Ты еще лета здешнего не видела – вот где красота!

– Надеюсь, до лета моя миссия не затянется, конечно, но если пригласишь остаться, я, пожалуй, соглашусь, – подмигнула Тина со смехом, но Анна вмиг стала серьезной:

– Ты уже что-то можешь сказать?

– Только в общих чертах. Но давай не на ходу.

– Да-да, конечно… Ты, наверное, голодная?

– Не умираю, но поела бы.

Анна вновь улыбнулась – подруга любила поесть, ее можно было разбудить среди ночи, и она, не совсем проснувшись еще, сразу садилась за стол.

Любимым выражением Тины было: «Вы не едите по ночам? А зря, это очень вкусно», и этой фразой, а также тонкой талией и весом, никогда не превышавшим сорок восемь килограммов, она приводила в бешенство всех подруг, одноклассниц и однокурсниц, кроме Анны.

– Тогда идем сразу в столовую, управляющая стол накрыла.

– Ишь ты – «управляющая»! – хмыкнула Тина.

– Да… Владлену не нравится слово «домработница».

Тина задержала Анну, взяв за запястье:

– Как он? Ты все время говоришь о нем в настоящем времени, как будто что-то изменилось…

Анна пожала плечами:

– Я никак не могу отвыкнуть, для меня он по-прежнему хозяин и здесь, и на комбинате. Не поверишь – я по сложным вопросам с ним советуюсь. Выгоню медсестру, сяду у кровати, возьму его за руку и разговариваю так, как будто он меня слышит. – Сделав паузу, Анна вздернула подбородок и чуть отвернулась.

Тина поняла – давит в себе слезы, не хочет, чтобы даже близкая подруга видела, как ей плохо.

Она ободряюще погладила Анну по спине:

– Ну что ты… это правильно, он ведь жив.