Бесконечное лето: Эксперимент (СИ)

Виола кивает.

— Правильно. Нам, естественно, конечную цель никто не раскрывал, но лично мое мнение — все очень просто. Мы живем в суровом мире, где крупных игроков интересует только одно — увеличение нормы выработки и рост прибыли. Опыты показали, что рост прибыли проще всего обеспечивается более интенсивной работой персонала, а персонал лучше всего работает тогда, когда счастлив. Ergo, наша задача — вот таким способом обеспечить им это счастье.

Как элементарно, подло и цинично.

Как очевидно и рационально.

— До девяносто четвертого года мы и правда работали по постановлению Кабинета Министров СССР, — добавляет Виола. — Мы правда пытались достичь «счастья для всех, даром, и чтобы никто не ушел обиженным». Но потом бесплатные печеньки закончились, и серьезные, неулыбчивые люди предоставили нам выбор — продолжать работать над нашей темой с отличным финансированием и конкретной целью, или закрывать институт и выбрасывать все наработки на улицу… а то и продавать их за копейки. Мы выбрали первое.

Она сощурившись смотрит на улицу.

— Курить хочется как… все не брошу. В общем, друг мой пионер, теперь у тебя на руках практически вся необходимая информация. Решишь сделать то, о чем тебя просил Петр Иванович — сделай. Решишь спрыгнуть и спустить все на тормозах, плюнув густой здоровой слюной на сотни — да, сотни — парней и девчонок, погибших или умирающих за эти годы ради выполнения нашей задачи — дело твое. Это исключительно вопрос личного выбора и ответственности. А между делом просто задумайся — разве тебе нравится нынешний мир, точнее, то, чем он стал в последнее время?

«Вам двадцать пять лет. Вы хотите жить, а ваш папаша заставляет вас умирать двадцать раз на день. Что сделали бы вы на месте Бени Крика?»

И действительно — что?

***

Вечер.

По настойчивой просьбе Алисы, технический отдел в лице кудрявого Электроника и ушибленного Шурика подготовился к концерту на славу — усилитель и колонки работали как следует, свет был подключен и выставлен, а за пульт была усажена Славя, немного поупрямившаяся поначалу, но напрочь сраженная моим коронным аргументом: «Мадемуазель, это нужно не мне, это нужно Франции».

Относительно одежды для выступления тоже возникли разногласия. Выдвинутые предложения — выступать голыми (Ульянка), выступать в форме, но творчески изрезанной ножницами (Алиса), и выступать в национальных костюмах какой-нибудь страны, ну например, Японии, а почему бы и нет (Мику) — были рассмотрены и решительно отвергнуты как неконструктивные. Финальное предложение вынес я — кто в чем придет, тот в том и будет выступать. Полнейшая вседозволенность и этот, как его… волюнтаризм. Мы гости из будущего вообще, или кто?

Итак, команда была в сборе.