Бесконечная одержимость

В любой сексуальной ситуации, в которой я когда-либо оказывалась, я всегда чувствовала, что мое собственное удовольствие стоит на втором месте. Все, о чем бы я ни попросила, любая прелюдия, любая подготовка к главному событию — это то, что мужчины, с которыми я спала, терпели как средство достижения цели, просто то, что они должны сделать, чтобы возбудить меня настолько, чтобы они получили то, что они хотят.

Этот мужчина, похоже, рассматривает мои желания, мое удовольствие как главное событие. И меня вдруг охватило желание продвинуть его как можно дальше. Проблема в том, что я не знаю, как озвучить свои желания. Я не знаю, о чем просить. Я никогда раньше не оказывалась в ситуации, когда чувствовала, что могу это сделать.

Кажется, он видит мою нерешительность. Он подходит ко мне и снова останавливается на расстоянии вытянутой руки, глядя на меня сверху вниз, его темно-синие глаза не читаются за маской.

— Что случилось, голубка? — Бормочет он, и я тяжело сглатываю, желая выпить еще.

— Я… — Я отчаянно думаю, как объяснить, как много я должна сказать, и больше всего на свете мне хотелось бы быть человеком, который мог бы броситься в это с головой, без лишних колебаний. Мне предлагают все то, что, как мне казалось, не может быть реальным, а мои собственные тревоги готовы все испортить.

Я не хочу позволить этому случиться.

Он слегка наклоняет голову, изучая меня из-за маски. Я вдруг очень благодарна за свою собственную — с ней я чувствую себя менее открытой, менее уязвимой. Она не дает ему прочесть все эмоции на моем лице, так же, как и я не могу полностью прочесть его.

— Ты пришла сюда не просто так, — спокойно говорит он. — Я не думаю, что это только ради удовольствия, иначе ты бы уже сказала мне, что тебе от меня нужно.

— Чего ты хочешь? — Это самый смелый вопрос, который я задала за весь вечер, но он только усмехается.

— Я хочу твоего удовольствия. — Он снова поднимает руку и проводит кончиком пальца в перчатке по моей нижней губе — то самое движение, от которого по позвоночнику снова пробегает дрожь. — Я хочу узнать, какова ты на вкус, голубка. Твой рот — или ниже, если ты не хочешь, чтобы я тебя поцеловал. Я хочу узнать звук твоих стонов, когда ты кончаешь. Я…

— Я не кончаю. — Я проговорилась, и он нахмурился. — Не всегда, я имею в виду, — поправляю я. Было несколько раз с Нейтом. Но это было редко. Настолько редко, что я могу пересчитать их по пальцам одной руки. — Обычно просто, когда я одна.

В его взгляде что-то теплеет при упоминании о том, что я прикасаюсь к себе.

— Я бы хотел на это посмотреть, — пробормотал он. — Как ты заставляешь себя кончать. Но я бы предпочел научить тебя, каково это, когда мужчина, знающий свое дело, доводит тебя до оргазма. Или даже нескольких.