Бешеный

Переживать стоило за Мишу, потому что после утреннего происшествия я больше его не видела и…

— Нормально с ним все, ушел на своих двоих, — словно отвечая на мои мысли, произнес Сашка. Я только кивнула. Дальше мы ехали в полном молчании, и только редкие сигналы автомобилей нарушали тишину. К больнице мы подъехали спустя минут сорок.

Уже внутри меня снова охватила паника, и я вцепилась мертвой хваткой в предплечье Сашки. Он же, в отличие от меня, сохранял полное спокойствие и невозмутимость. В больнице стояла просто мертвая тишина, в коридорах было пусто, даже персонал не шнырял их палаты в палату. Неудивительно, суббота, выходной день. Дежурного врача мы отыскали быстро, но Сашка мне с ним говорить не дал, вручил мне стаканчик кофе из автомата и велел ждать его в коридоре, пока он не выяснит все подробности. И я ждала, потому что от Сашки было толку явно больше, он по крайней мере был способен складно говорить, чего нельзя было сказать обо мне. Я как раз допивала свой кофе, вполне приличный, кстати, когда в коридоре появился Сашка. Увидев его, я тут же подскочила с места.

— Ну что? — запрыгала рядом с ним, словно обезьянка. Он отвечать не спешил, снова хмурясь и что-то обдумывая про себя. А потом вынул из кармана телефон и, набрав чей-то номер, отошел в сторону. Я не слышала, с кем и о чем он говорил, до меня только приглушенный звук его голоса доносился. Сашка что-то говорил, кивал, хмурился, и когда он закончил наконец закончил разговор, я практически вопить была готова.

— Антонина Андреевна в частной реабилитационной клинике, с ней все хорошо, ей там обеспечат полный уход и самое современное лечение.

— Что… — я только и могла что глупо хлопать глазами, не понимая, как так вышло. У нас не было ни средств, ни знакомств, чтобы позволить себе частную клинику. Да и не знал никто, некому было рассказывать, вот только Сашка знал, но судя по его удивлению, ни его это рук дело. Еще, конечно, Багиров знал, но тому плевать на всех кроме себя или…

— Багиров позвонил отцу, тот поднял на уши всех, кого только можно, с твоей бабушкой все будет хорошо, его отец мужик мировой, — Сашка улыбнулся, но задумчивость с его лица не спала. А я только рот раскрыла в удивлении. Ну нет, но как же так…Это же Багиров, Багиров, который только сегодня утром меня оскорблял и…Так вот почему он приехал. Мне стало не по себе, не только от того, что я теперь неизвестно сколько должна и понятия не имею как буду расплачиваться, а от самого факта, что он помог, а значит слушал меня вчера, а потом незамедлительно помог, а Сашка его должно быть с лестницы спустил. И только сейчас я вспомнила утреннее столкновение, я ведь так и не спросила, как так вышло, что они друг друга знали.