Срок для Бешеного

Мишка посмотрел на руку Савелия, лежащую неподвижно на краю кровати, и начал носом подталкивать ее до тех пор, пока та не соскользнула вниз, угодив прями в ведро с водой".

Вода, в которую погрузилась рука Савелия, освежающе подействовала на него, и он опять открыл глаза. Недоверчиво пошевелил пальцами… Вода?! Рядом с ним вода?! Он готов был поклясться, что ее раньше не было. Значит, кто-то должен был ее принести?! Кто-то есть в доме? Кто же?.. Почему никто не подходит к нему?.. Как хочется пить!.. Савелий снова пошевелил пальцами и наткнулся на ковшик.

Обрадовавшись, ухватил его ручку слабыми пальцами и начал медленно тащить к себе. С огромным трудом, пересиливая боль в груди, дотащил до края кровати, но тут пальцы не выдержали и выпустили скользкую ручку ковша. Соскользнув, он глухо ударился об пол и расплескал воду. Савелий едва не заплакал с отчаяния… Пес невозмутимо подошел, подхватил ковш зубами за ручку и снова опустил в ведро.

Если бы Савелий не видел все это собственными глазами, то никогда бы не поверил, что такое возможно, и посчитал бы, что его просто разыгрывают.

— Какая же ты умница… умный песик, умный, — прошептал Савелий и снова начал опускать руку вниз…

На этот раз попытка закончилась удачей, и он, расплескивая воду, все-таки напился и, выпустив ковшик в ведро, блаженно прикрыл глаза, а его мысли унеслись назад, в зону…

ЗА КОГО СИДИШЬ, САВЕЛИЙ?

— А я знаю, почему ты не стал писать кассатку, — тихо проговорил Зелинский, глядя на Савелия в упор. Савелий с тревогой смотрел на капитана и молчал.

— Я же говорил тебе, что все узнаю и без тебя! — Капитан устало откинулся на спинку стула и перевернул перед Савелием фотокарточку. — Она тебя сдала, подставила, чтобы выкрутиться самой…

Савелий пожал плечами, не понимая, о чем говорит Зелинский, потом нехотя взял фотографию и вдруг крепко стиснул зубы и медленно опустился на стул. С фотографии на него смотрела Лариса…

— Нашел за кого сидеть… Она — винтик! Шлюха, которая… Савелий вскочил, чтобы броситься на капитана.

— Сядь! — спокойно, но твердо бросил тот. — Сядь и послушай! Савелий нехотя подчинился. Усмехнулся:

— Ментовские штучки?!

— Дурак ты, Савелий! — со вздохом бросил капитан. — Зачем ты мне нужен?

— Зачем? А чтобы и ее посадить! — со злостью ответил он.

— Ее? Лариса Петрова и так уже в Бутырке. — Не обращая внимания на растерянное недоумение Савелия, капитан спокойно продолжил, изредка заглядывая в свой блокнот с записями: — Петрова Лариса Алексеевна, она же — Амазонка, она же — Бриджит, она же — Ларчик… Является любовницей Пургалина, называющего себя Аликом.

Он бросил перед Савелием несколько фотографий, запечатлевших Ларису и Алика в пикантных ситуациях.