Приговор Бешеного

— Задолжително! — радостно воскликнула хозяйка, довольная, что вспомнила.

— Нет, не задолжително, — заверил хозяин, — как ест желание, так можно. — Потом он, незаметно для жены, показал Савелию большой палец, нацеленный вверх, что, вероятно, во всем мире означало одно и то же.

— Ваня ест моя другарка, — пояснила женщина.

— В России Ваня и Петя мужские имена.

— В Болгарии не так. — Она мило улыбнулась и пожала плечами, как бы говоря: ничего не поделаешь.

Не успели они выпить за «тепло этого дома», как пришла «другарка» хозяйки. Ваня оказалась довольно упитанной, особенно в сравнении с подругой, женщиной. На миловидном лице сверкали огромные карие глаза, а внушительный бюст, буквально выпиравший из широкого выреза и с трудом удерживаемый бюстгальтером, отлично гармонировал с крутыми бедрами, наверное специально обтянутыми коротенькой юбкой. Округлые колени соблазнительно приковывали к себе взгляд. Роскошные черные волосы были заплетены в толстую косу, совсем по-русски уложенную вокруг головы.

Увидев Савелия, она зарделась от удовольствия: русский парень ей очень понравился. Знакомясь с ним, она без всякого стеснения чмокнула Савелия в щеку, а после третьей рюмки беспрерывно гладила под столом его бедро. Смирившись с этим натиском, Савелий принял на грудь крепкой виноградной ракии, махнул рукой на приличия и, как только ему показалось, что хозяева получили от него должную порцию внимания, шепнул своей новой знакомой, что готов покинуть гостеприимный дом. Но его попытка уйти по-английски благополучно провалилась: Ваня во всеуслышание объявила:

— Мы искаме да любов!

Даже под воздействием алкоголя Савелий почувствовал, как к его лицу прихлынула кровь, но хозяева с пониманием переглянулись, а Красимир, провожая гостей, незаметно, но многозначительно пожал Савелию локоть.

Когда они пришли в квартиру Андрея, женщина немедленно заключила Савелия в объятия и так сильно прижала его к своей необъятной груди, что у него промелькнуло: этой ночью он не только не отдохнет, но дай-то Бог останется в живых.

Он не ошибся: у Вани было столько энергии, словно она всю жизнь накапливала силы, чтобы выплеснуть все без остатка на Савелия. По сути, ему почти ничего не приходилось делать: действовала она. Каких только поз она не испытала на Савелии! Казалось, ее силы никогда не истощатся, а он вот-вот сдастся на милость победительницы, но она была такой нежной, такой профессионально изобретательной, что все заводила и заводила его, пока они оба, совершенно обессиленные, не заснули под утро.