Правосудие Бешеного

И того, что от верных людей избавлялся, как от ненужного хлама, и того, что дело его, Амирана-Мартали, не по ""понятиям"" вел и что с ворами авторитетными западло ему стало дружбанить...

Да, много чего ему поведали Серега-Трехпалый с Мишкой-Зубом, когда пару дней назад засели они втроем в ""Национале"" и под разнообразную закусь уговорили за вечер пару литров запотевшей водочки.

Амиран решил про себя, что надо разобраться с Нугзаром наверняка, самому во все вникнуть, составить собственное мнение о нынешнем Джанашвили. То, что он стал миллионером и известным политиком, еще ни о чем не говорит. Ну, а прошлое... Что было, того уже по-новой не проживешь...

* * *

На встречу с Джанашвили Амиран надел свой самый лучший костюм, который недавно приобрел в дорогом бутике Хьюго Босс. Пришлось выложить полторы тонны баксов, но на стройном и мощном торсе Амирана костюм сидел, как сшитый на заказ самым модным портным, что оправдывало вложенные в него средства. В нем Варднадзе очень напоминал актера Омара Шарифа в молодости: такой же элегантный и мужественный красавец мужчина. Женщины, это Амиран-Мартали успел подметить, глаз с него не сводили, когда он появлялся на улице в этом костюме.

Длинный белый лимузин ""Линкольн"", который прислал за ним Джанашвили, привез Амирана на Арбат, к ресторану ""Прага"" - излюбленному месту проведения досуга политиков всех мастей. На входе солидный швейцар, поинтересовавшись у Амирана его фамилией, предложил пройти в Царский зал, где среди толстых ковров, сусального золота и хрусталя его поджидал разжиревший Джанашвили.

Увидев Амирана, Нугзар поднялся ему навстречу:

- Амиранчик, дарагой! Сколько лет, сколько зим! Так рад тебя видеть!

Он по-дружески обнял Амирана за плечи и даже попытался расцеловаться с ним, но тот, словно на него дохнуло мертвецким холодом, уклонился от такого проявления дружелюбия: уж слишком фальшиво оно выглядело.

Нугзар махнул рукой официанту, и тот начал споро заставлять стол разнообразными закусками.

- Честно сказать, есть что-то совсем не хочется, - серьезно произнес Амиран. - Давай лучше поговорим. Ведь ты же сам этого хотел?

- Одно другому не мешает. - Джанашвили наполнил коньяком рюмки и предложил: - Ну, что, выпьем за встречу и наше старое и будущее партнерство?

- И как ты себе это представляешь? - полюбопытствовал Амиран, но Нугзар вместо ответа замахал на него рукой.

- Потом, потом поговорим о делах! - И опрокинул рюмку себе в рот.

Коньяк был, армянский, десятилетней выдержки. Амиран-Мартали отметил это про себя.

""Ишь, как старается мне угодить, - подумал он, - то ли действительно рад меня видеть, то ли, как ребята мне рассказали, совесть у него передо мной нечиста, вот он и боится, задобрить пытается... потому и стелится..."""

"- Я вот что думаю, Амиранчик...