Правосудие Бешеного

Петр, несмотря на свое славянское имя, которое, как выяснилось, дала ему мать-сербка, оказался похожим на албанца невысоким мужчиной лет сорока, с большим горбатым носом и умными темными глазами. Он был местным фотографом и для отвода глаз - даже числился в одном из добровольных отрядов сепаратистов и, конечно же, был одет в форму ОАК.

- Вы хорошо говорите по-английски? - спросил Петр у Говоркова. - Мне кажется, я сумею вам помочь с документами.

- Я говорю достаточно свободно, - ответил Савелий, - во всяком случае, в Штатах меня никогда не принимали за иностранца, тем более за русского.

- Прекрасно! - Петр порылся в ящике стола, достал оттуда парочку каких-то документов и положил их перед Савелием. - Вот, удалось когда-то добыть. Будете американским журналистом. Надо только карточку вашу вклеить, что займет немного времени.

- Сойдет, - согласился Савелий, осмотрев документы. - Откуда это у вас?

- Пару месяцев назад приезжал тут к оаковцам этот американец. Напился в городе, к сербским женщинам стал приставать. Здесь тогда еще сербская милиция власть имела. Они его, как нелегально перешедшего границу, посадили в местную тюрьму. Документы у него тогда же и забрали. А когда пришли солдаты ОАК и заняли тюрьму, я был с ними. Зашел в кабинет следователя, нашел в столе эти документы и оставил на всякий случай у себя. Так что американец уехал домой без них. Думаю, что уже никто и не помнит, как его там звали, - так что можно пользоваться ими вполне спокойно. Солдаты ОАК для американцев землю готовы лизать, лучшего прикрытия не найти.

- Джон Маккензи, ""Вашингтон таймс"", - прочел Савелий. - Все это хорошо, но...

- Понимаю, американцы выглядят побогаче, чем вы сейчас. Что ж, деньгами я могу вас обеспечить, а вот с одеждой - проблема... Хотя думаю, что вам и обычного натовского камуфляжа хватит - большинство корреспондентов в зоне боевых действий так и одеваются. А этого добра сейчас у всех в достатке, НАТО снабжает ОАК отлично."

"Петр сходил в глубь дома и принес Савелию полный комплект формы. Облачившись, Савелий попозировал перед фотообъективом, затем посмотрел, как Петр ловко пристраивает его фотокарточку в американские документы. После ламинации уже ни за что нельзя было бы догадаться, что фотографии на пропуске, выданном комендантом ОАК, и на журналистском удостоверении подменены.

Наутро, выяснив у Петра, где находится местный штаб ОАК, Савелий, позаимствовав у агента одну из его фотокамер, отправился к албанцам. Там Говоркова действительно чуть ли не на руках внесли к местному командиру, который тут же предложил Савелию отобедать с ним.

За обедом, сдобренным красным вином, на что и надеялся Бешеный, генерал-оаковец разговорился, и Савелий узнал, что завтра должна состояться торжественная встреча чеченцев и албанцев.