Остров Бешеного

— Ну, он закончил разговор, и трубка лежала на аппарате?

— Не знаю, закончил он разговор или нет, но трубка… — женщина вновь пыталась вспомнить, — трубка лежала на полу, он же по мобильному разговаривал.

— И где этот мобильник? — Богомолов подумал, что нужно проверить мобильник, может, в его памяти сохранился номер, по которому говорил покойный.

— Мобильник? Я была в такой истерике, что не помню, как подняла его с пола и куда сунула… Сейчас… — она огляделась в надежде, что память подскажет, и тут же увидела трубку мобильного телефона, лежащую на столе Велихова. — Вот он! — Женщина взяла ее и протянула Богомолову.

Генерал, быстро манипулируя кнопками мобильника, покопался в его памяти.

— В котором часу умер Аркадий Романович?

— Точно не помню, где-то около восьми вечера.

— Очень интересно… — задумчиво пробормотал Богомолов: последний разговор по этому телефону произошел более чем за час до смерти его хозяина, и он никак не мог говорить по нему в момент своей внезапной смерти.

— Что-то не так? Я что-то напутала? — с некоторым испугом спросила женщина, заметив недоумение на лице генерала.

— Нет, нет, вы все рассказали правильно… Вот что, капитан, мне срочно нужен акт, о котором мы говорили, а кроме того, пригласи-ка ко мне господина Позина.

— Сюда? — спросил Виктор.

— Да, я буду здесь проводить опрос свидетелей, — Богомолов взглянул на домработницу, — если, конечно, Марья Степановна не будет возражать, — как можно уважительнее добавил он.

— Да, конечно, располагайтесь, това… то есть господин генерал! — гостеприимно ответила та.

— Можно и «товарищ», Марья Степановна, но лучше просто — Константин Иванович.

— Так я пошел? — спросил Виктор. — Я предупрежу консьержа, что придет господин Позин по вызову ФБР.

— И как можно быстрее! Да, постарайся добыть диктофон, чтобы не тратить времени на бумажную волокиту.

— Есть! — Джеймс-младший скрылся за дверью.

— Может, чаю или кофе, или чего покрепче? — спросила бедная женщина.

— От хорошего чая, заваренного по-русски, не откажусь. — Генерал весело потер ладонями.

— И с моими шанежками?

— Ас вашими шанежками просто, как говорит современная молодежь, улет!

Богомолов допивал третью чашку чая, когда вернулся Виктор. Не успел он войти, как Марья Степановна, благодарная московскому генералу, оценившему ее кулинарные способности, предложила капитану:

— Господин Джеймс, откушайте моих шанежек.

— Да мне как-то… — замялся Виктор, но Богомолов поддержал хозяйку:

— Виктор, ты очень много потеряешь, если не попробуешь этих чудесных шанежек Марьи Степановны: они напомнят тебе о твоих русских корнях, — на полном серьезе сказал он.

— О, у Виктора русские корни? — обрадовалась женщина.

— Да, и меня назвали в честь моего прадеда.