Команда Бешеного

Эта камера была совершенно непохожа на те, в которых Бондарю довелось побывать в Москве. Размером метр на метр, она напоминала собачью конуру, вместо двери с глазком стояла решетка из прутьев толщиной в большой палец. Кроме небольшой циновки внутри ничего не было. Эта циновка заменяла всю мебель: стул, стол, кровать. Когда ему нестерпимо захотелось пить, он около часа добивался воды, но ее принесли только тогда, когда здесь, видно, и было положено. На его крики и просьбы никто не обращал ни малейшего внимания. Он мог обмочиться, но его все равно выводили в туалет только два раза в день, не больше и не меньше. Если он начинал просить, то к нему вообще никто не подходил, а если молчал, то расписание кормежки и вывода в туалет выдерживалось точно. Так прошло дней пять, но он сбился со счета, так как в камеру не проникал солнечный свет.

Однажды, утомленный бездельем и неизвестностью, он задремал, но его разбудил металлический скрежет замка. Он открыл глаза и увидел перед собой полицейского и какого-то моложавого мужчину лет тридцати пяти в белом костюме. На ломаном русском языке он бросил ему с улыбкой: — Вставать в ноги!

Бондарь нехотя поднялся и вопросительно уставился на него.

— Идить за меня! — Продолжая улыбаться, тот повернулся и вышел из клетки. Прежде чем Бондарь последовал за ним, полицейский грубо схватил его за руки и надел наручники.

Его ввели в комнату комиссара и оставили один на один со штатским.

— Вы знать, что вас обвинять? — Казалось, улыбка прилипла к лицу штатского с самого рождения и с тех пор он не расставался с ней.

— Нет, не знаю! Мне никто ничего не говорит. Меня никто не хочет выслушать. Я требую адвоката! — выкрикнул Бондарь, забыв, что ему вряд ли что положено в этой стране.

Не обращая никакого внимания на его слова, не стирая идиотской улыбки с лица, тот спокойно сказал:

— Вы убить человека. Есть много свидетель. Будет суд, и вы сидеть здесь на вся жизнь. — Он так улыбался, словно сообщал какие-то приятные для Бондаря новости.

— Я никого не убивал! Их было четверо, и они сами напали на меня. Спросите девушку, ее зовут Лючия! — чуть не плача, выкрикивал Бондарь.

— Девушка говорить, что вы убить человек. — Штатский еще сильнее заулыбался и закивал головой. — Это неправда!

— Правда, неправда знать только Аллах! — Он воздел руки вверх. — Аллах велик!

— Господи-и-и! — взвыл Бондарь. — Что же делать? Что? Пусть подскажет твой Аллах! — Аллах могуч и справедлив! — Он снова поднял руки вверх и как бы про себя тихо добавил: — Есть человек, что делает помощь для вас. — Где он? Я могу встретиться с ним? — Вы хотеть встреча с этим господин? — Штатский взглянул на Бондаря, и впервые улыбка сошла с его лица.

— Да, я хочу встретиться с этим господином! — воскликнул Бондарь.