Бешеная

Даша колебалась – кому поручить серьезную работу, кому проверять пришедшую ей в голову после разговора с Глебом блажь? А что тут думать? Пусть Косильщик проверяет блажь, ясное дело…

– Толя, – сказала она, – езжай к Артемьевым. Есть там Славка или уже справился – неважно. Узнай, носила ли Артемьева часы, или не было у нее такой привычки. Потом поедешь к любому из знакомых Шохиной, лучше к нескольким, и поспрошай то же самое. У Ольминской часов тоже нет, я помню, – но тут уж я сама…

Подождав, когда Толя выйдет, повернулась к Косильщику и постаралась, чтобы ее тон был как нельзя более сухим, приказным:"

"– Сережа, а ты поезжай в контору, возьми личные вещи Шохиной и Артемьевой. Не одежду, а именно вещички, все, что было в сумочках. И разбери на мелкие кусочки, возьми в дежурной части перочинный ножик, отвертку, что ли… На мелкие кусочки, понял? На составные части. Представь, что ищешь бриллиант или… ну я не знаю, спичечную головку. Если останется время, а меня еще не будет, проверь и одежду – швы, уголки…

Слава богу, он не вступал в дискуссии и не задавал вопросов – молча кивнул и направился к одной из щедро закрепленных за ними машин. Облегченно вздохнув, Даша направилась к «хонде» по перепаханному колесами влажному снегу.

…Оказалось, что не всякая блажь вредна для дела.

Когда Даша вошла в свой крохотный кабинетик, Косильщик и Митрохин из НТО, сдвинув головы, разглядывали нечто лежавшее на столе, посреди разномастных кусочков яркой пластмассы, выдавленной на клочки бумажки разноцветной губной помады и маленьких зеркал, выломанных из пудрениц. Косильщик, услышав стук двери, поднял голову и уставился на Дашу не то что удивленно, восхищенно:

– Как ты узнала?

– Дедукция, – с ходу ответила Даша, чтобы не ронять авторитет в глазах подчиненного. Повесила куртку на вешалку и подошла к столу: – Нашли, значит? – она представления не имела, что там отыскалось, но сердце приятно защемило – знакомый каждой гончей спазм…

Майор Митрохин осторожно взял со стола ярко-красное полушарие – основание пудреницы.

– Шохиной пудреница? – спросила Даша, напрягши память.

– Ага, – сказал Косильщик, все еще поглядывая на нее с уважением. – А больше ничего, хоть я все по кусочкам разломал.

– Зато какая находочка… – самодовольно сказал Митрохин. – Представления не имею, что у вас тут крутится, но уловчик примечательный…

Даша села, забрала у него обломок пудреницы, присмотрелась внимательно. На дне красного полушария чернел прямоугольный предмет – длиной и шириной с безопасную бритву, толщиной с одноразовую зажигалку. К пластмассе он был прочно и надежно прикреплен несколькими припаянными лапками – тоже, кажется, пластмассовыми.