Бешеная

Мастер, удержав его жестом от второго пинка, спокойно произнес тем же хорошо поставленным голосом:

– Неужели ты всерьез рассчитывала, будто что-то изменишь в своем положении?

– Дача окружена, – стараясь говорить столь же внятно, бросила Даша. – Вокруг наши люди…

– Вокруг – силы зла! – неожиданно заорал он. – Вокруг – Черный Мир! И ничего более!

Сатанисты орали. Бесполезно. Даша прикинула: если упереться в пол связанными руками, подогнуть ноги, оттолкнуться, потом резко перевернуться и грянуться грудью об пол – специально изготовленный хрупким пластик непременно лопнет, пойдет сигнал…

Она не успела – опередили. Видимо, Мастер подал незаметный ей жест. У самого Дашиного лица мелькнуло лезвие тесака – это Паленый рассек шнурок амулета и сорвал его с шеи, вопя:

– Ты недостойна носить это изображение, тварь!

Вот если бы он сгоряча сжал рацию в кулаке… Нет, благоговейно поцеловал, идиот, сатанинский лик Славкиной работы, повесил себе на шею, тщательно связав сзади концы шнурка. И тут же на Дашу набросилась толпа одетых в черные балахоны придурков. Мешая друг другу, срывали с нее одежду, дергали за волосы, ударили пару раз, кожу больно царапали ухоженные женские ногти. Она, изловчившись, что было сил укусила чью-то оплошавшую руку, так и впилась. Укушенный заорал благим матом, отскочил из свалки.

Послышалась резкая команда Мастера – и они отступили, недовольно ворча, готовые в любую секунду вновь броситься.

– Да остановитесь вы, идиоты! – в бессильной злобе закричала Даша.

Злости было больше, чем страха, – оттого, что она лежала голая и исцарапанная посреди этого бедлама. Каким-то чудом на плечах удержались лохмотья рукавов блузки, а на ногах – разорванные вдоль колготки. Осознав, сколь жалкое зрелище собой представляет, она прямо-таки зарычала от ярости.

– Нет ничего приятнее зрелища беспомощного врага, – сказал Мастер, зловеще играя своим ятаганом. – В особенности если враг этот шел по твоему следу, одержимый самоуверенностью…

– Я тебя посажу, козел, на три пятилетки! – заорала Даша, уже не владея собой. – Есть тут нормальные люди?

В ответ – ворчанье, смех, истерические визги. В амбаре было тепло, даже жарко, печь в углу натоплена – но Дашу поневоле прошиб озноб. Как все нормальные люди, она чуть ли не больше всего боялась психов. Ни пыток, ни изнасилования, ни ран – психов. А их вокруг было – не сосчитать…

Кокаинист и Паленый нагнулись к ней, ловко запихали в рот пыльную тряпку и надежно завязали импровизированный кляп обрывком ее же собственной изодранной блузки так быстро, что Даша не успела никого укусить. Страх понемногу начал ее заглатывать, словно черная чавкающая трясина.