Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий

– Так что, вполне возможно, это я убил Юдзу, – признался он. – Той самой ночью… Это я стучал в ее дверь.

– В каком-то из смыслов, – заметила Эри.

Цкуру кивнул.

– А в каком-то это сделала я, – добавила она, глядя куда-то вбок. – И это я стучала в ее дверь.

Цкуру посмотрел на ее загорелое лицо. На чуть вздернутый нос, который всегда ему нравился.

– Каждого из нас посещали такие мысли, – проговорила Эри. Ветер на время унялся, белая занавеска на окне застыла недвижно. Лодка больше не постукивала о причал. И только бодрое щебетанье доносилось до Цкуру. Незнакомые птицы выводили диковинные, не слыханные доселе мелодии.

Под эти трели она убрала челку со лба, вновь закрепила заколкой и подперла рукой подбородок.

– Ну а что ты думаешь о том, чем занимается Красный? – спросила она как ни в чем не бывало. Словно отцепила от Времени гирю, чтоб оно бежало полегче.

– Даже не знаю, – ответил Цкуру. – Его теперешний мир слишком отличается от моего. Что там хорошо, а что плохо, судить не мне.

– А вот мне его нынешнее кредо совсем не нравится. Абсолютно. Хотя, конечно, это не повод рвать с ним отношения. Все-таки он был одним из моих лучших друзей. Да, пожалуй, таким и остался. Хотя мы не виделись уже лет семь-восемь…

Она снова поправила волосы. И продолжала:

– Видишь ли, год за годом Красный отчисляет своим подопечным-католикам крупные суммы. Чтобы поддержать их школу. Они, само собой, этому очень рады. Потому что сами еле сводят концы с концами. Но о том, что он их спонсор, никто не знает. Он хочет оставаться инкогнито. Кроме посвященных, об этом, наверно, знаю только я. Так уж получилось… Но ты не подумай, он вовсе не какой-нибудь злодей. Он только изображает злодея… Зачем, не знаю, но, видимо, есть на то свои причины.

Цкуру кивнул.

– Вот и с Синим так же, – добавила она. – Душа его все такая же чистая. Это я знаю. Но уж очень непросто с такой душой пробиваться по жизни. Ты ведь заметь: и тот, и другой добиваются большего, чем обычные люди. Потому что выкладываются на пределе своих талантов и сил, как они это делали всегда. Знаешь, Цкуру… Я вообще уверена: все, что с нами случилось, было не зря. Я о том, что когда-то все мы были единым целым. Я серьезно. Даже если это и длилось всего несколько лет…

Она снова закрыла лицо руками. Помолчала. И, отняв руки, продолжила:

– Каждый из нас выжил, как смог. И ты, и я. И на каждом – своя ответственность. За то, чтобы выживать и дальше с тем, что в нас еще осталось. Пускай и не так безупречно, как раньше.

– Если что во мне и осталось… я только станции строить умею… – заметил Цкуру.

– Вот и отлично. Продолжай. Даже не сомневаюсь, что все твои станции отлично спроектированы, безопасны и очень удобны.

– Стараюсь, – кивнул он.