Бесчувственный...

Возбужденный и огромный настолько, что это пугало. Я до сих пор не понимала, как нечто такое могло поместиться в девушке и боялась этой близости, как огня, но когда Матс приставил головку своего члена к моему лону, единственное, что я могла сказать:

– Подожди. Если ты войдешь в меня, мы больше никогда не сможем разорвать истинность."

"Райт посмотрел мне в глаза и я почему–то не сомневалась в том, что он понял меня. Услышал.

Но все равно в следующее мгновение сделал первое движение в меня. Вошел не полностью. Даже не на половину, но для меня уже это было слишком. Низ живота обдало таким жаром, будто там расплылся раскаленный метал и рассыпались искры, разрядами тока, впивающиеся в кожу и разносящиеся по всему телу. Райт сделал второе движение. Рыкнул и третьим толчком вошел полностью.

Я до хруста прогнулась в спине и до онемения в пальцах сжала простынь. Стиснула зубы, но все равно не смогла сдержать стона. И лишь подняв голову, замерла. Встретилась взглядом с Райтом.

Пока что он тоже не двигался. Замер в таком положении, хоть и было видно, что мышцы бугрились, словно от постепенного срыва самоконтроля.

Мы смотрели друг на друга и понимали, что, проклятье, уже теперь точно попали.

У меня в голове не было ни одной нормальной мысли. Да и я вообще пока что не была в состоянии соображать. Я понимала, что позже на меня нахлынет волна жестких эмоций, но пока что единственное, о чем я могла думать, так это о тех ощущениях, которые сейчас пробивали низ живота.

Казалось, что Райт проткнул меня насквозь и от чувства чрезмерной наполненности я чувствовала себя как–то странно, но толком не могла понять как именно. Осознавала лишь то, что внизу живота уже все ныло. Настолько сильно, что вытерпеть это было практически невозможно и, когда Райт сделал первое движение, я простонала. Прикусила губу от боли, но те острые мурашки, которые тут же пробежали по телу, были куда сильнее.

Момент затишья испарился и вернулось прежнее сумасшествие, но уже теперь оно было куда сильнее. Движения Райта быстрые и до невозможности глубокие. Так, что каждый раз у меня содрогалось все тело и я не могла сдержать криков. Он буквально вколачивался в меня. Вбивался каждым новым толчком, а у меня от этого обжигало болью и чем–то до невозможности приятным. И я не понимала чего хотела больше – оттолкнуть его, или, наоборот, притянуть ближе. Осознавала лишь одно в этой близости я сгорала и, как бы не хотела сопротивляться, поддавалась Райту. Сдалась ему и отдала свое тело. Позволила утолять голод так как он этого хотел.

Сознание полностью опустело, но в противовес ему тело наполнялось еще более испепеляющими, терзающими огнями. Они вспыхивали и взрывались. Подходили к грани и удерживали меня на ней.

Райт резко вышел и, отстранившись, поднял меня.