Беру тебя в долг

— Вот поэтому, мадхен Мара, так важно не пропускать ужин, — доверительно сообщила служанка.

Она также сообщила, что потом, (когда потом, Мара не поняла, а она не стала пояснять), к ним на ужине будут присоединяться лорды. Какие лорды, зачем? На все эти вопросы служанка только таинственно улыбалась.

И еще Гизел сказала одну интересную фразу:

— После сегодняшней прогулки прояснится многое.

Объяснения этому, разумеется не было тоже.

— А теперь, мадхен, давайте побыстрее одеваться. Выбирайте платье, вы сегодня должны красиво выглядеть.

Все это звучало странно. Однако Мара решила, что у нее слишком уж развилась подозрительность, и она видит опасности там, где их скорее всего нет. И потому — да, девушка была права. Надо одеться и поторопиться, иначе заявится эта прямая как палка матрес и снова будет ее отчитывать.

— Какое платье, мадхен?

Вчера, пока она была на ужине, Гизел успела подготовить все ее платья. И теперь она смотрела и думала, что надеть. Покрасивее… Невольно вспомнила того высокого и властного смуглого мужчину и неожиданно для себя показала на розовое.

— Вот это.

— И прекрасно, мадхен! Оно самое красивое. Помяните мое слово, вам в нем обязательно повезет!

Служанка еще долго тарахтела, одновременно помогая ей одеться и причесывая. Волосы она на этот раз убрала со люба назад. Часть перехватила лентами, а основную массу оставила распущенной. И сказала:

— Вот, смотрите, так красивее.

Не успела Мара ответить, как дверь отворилась. Вошла матрес Фоурм, на секунду застыла, впившись в нее взглядом, потом сказала:

— Мара-Элизабета Хантц, следуйте со всеми на прогулку.

И вышла. А Мара за ней.

В этот раз их опять вели всех вместе по коридорам, только уже в противоположную сторону. И когда они приблизились к выходу, их окружила стража. Так, в сопровождении вооруженных воинов, они сначала проследовали по вымощенному камнем и присыпанному соломой внутреннему двору замка, а потом подошли к окованной арочной двери в наружной стене."

"Пока дверь отпирали большим ключом, матрес Елена Фоурм повернулась к ним, оглядела всех и сказала:

— Я надеюсь, на прогулке вы будете вести себя достойно и не опозорите себя.

У Мары от этого предупреждения глаза на лоб полезли.

Однако широкая, окованная железом арочная дверь уже открылась, и они по одной стали заходить в сад.

глава 7

Поскольку Мара стояла в хвосте, ее очередь проходить подошла одной из последних. Каждую из девушек матрес Фоурм провожала таким цепким взглядом, как будто они преступницы. Пришлось ждать, и пока ждала, Мара все переваривала странную фразу смотрительницы.

Что значит, не опозорите себя? Так странно звучало, как будто они все вот прямо сейчас, с порога, начнут совершать какие-то непотребства и непристойности. И стража рядом откровенно смущала.